Норвегия: гражданке Узбекистана звонит с угрозами сотрудник МВД Узбекистана

Сотрудники правоохранительных органов Узбекистана звонят за границу объявленным в розыск лицам и угрожают им арестом по линии Интерпола. Под предлогом  закрытия  уголовного дела они  вымогают у обвиняемых имущество и требуют дорогостоящие подарки. В течение года телефонные звонки подобного содержания поступают гражданке Узбекистана Мухаббат Позиловой, проживающей в Норвегии.

 

Гражданка Узбекистана Мухаббат Позилова три года живет в Норвегии, где обратилась за международной защитой. Она родилась и выросла в Узбекистане. Имеет четверых детей. До эмиграции занималась предпринимательской деятельностью.

 

Дело Мухаббат Позиловой заслуживает внимания Генеральной прокуратуры и Министерства иностранных дел Норвегии. На протяжении года она получает по телефону угрозы о расправе со стороны представителей узбекских органов правопорядка.

• О незаконных действиях сотрудников МВД Узбекистана

С июля 2011 года на номер норвежского мобильного телефона Мухаббат Позиловой звонит сотрудник уголовного розыска Узбекистана Низом Ешмурадов с номеров узбекских телефонов +998712966072 – стационарный, +998971196166 – мобильный, оформленные на Хамзинское отделение внутренних дел МВД Узбекистана. В приложении – аудиозапись одного из телефоных разговоров, здесь и его распечатка, ниже.

 

По словам Мухаббат Позиловой, следователь Ешмурадов неоднократно угрожал ей по телефону арестом по линии Интерпола и принуждал пойти на мировое соглашение с «конкурентами». В случае если она выполнит это требование, он обещает закрыть  уголовное дело против нее на основании последнего акта об амнистии. Мухаббат Позилова смогла записать на телефон угрозы Ешмурадова и сохранила даты и время других его звонков. За этот период зафиксировано по меньшей мере 15 звонков и одно СМС, в котором автор пишет: «где заявление «Айфончи»». Как объясняет Мухаббат Позилова, Ешмурадов вымогает у нее новый дорогостоящий iPhone и требует заявление об отказе от ее имущества в пользу третьих лиц.

 

Согласно 5–8 статей Уголовно-процессуального кодекса Узбекистана, следователи, судьи, прокуроры для проведения процессуальных действий за рубежом должны обращаться в генпрокуратуру.  Только она (генпрокуратура) имеет право обращаться в соответствующие учреждения иностранного государства по месту пребывания подозреваемого или преступника. Однако сотрудник уголовного розыска Узбекистана Низом Ешмурадов и следователь Хамзинского районого отделения внутренних дел города Ташкента Бахтиёр Эркабаев в нарушение процессуальных норм нанесли вред законным интересам гражданки Позиловой и, кроме того, нарушили статьи Уголовного кодекса Узбекистана:

          – 214 (вымогательство вознаграждения), предусматривает три года лишения свободы;

          –  235 (применение пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания), предусматривает наказание до восьми лет лишения свободы за незаконное психическое воздействие на подозреваемого, в данном случае Позиловой и ее близких родственников, посредством угроз, совершаемое следователями с целью получить от родных Позиловой информацию о ее местонахождении и принудить ее отказаться от имущества в пользу третьих лиц;

          – 239 (разглашение данных дознания или предварительного следствия), предусматривает три года лишения свободы.

 

• Причины эмиграции

С 2005 по 2007 годы Позилова владела предприятием «Ескадо сервис» и была дилером Волгоградского завода «Северсталь-Эмаль» (Россия), на котором производится эмалированная и  антипригарная посуда. Свое дилерское предприятие Позиловой пришлось закрыть под давлением конкурентов-вымогателей. Когда она в очередной раз отказалась выплачивать вымогателям проценты от прибыли, ее стали вызывать в таможенный и налоговый комитеты Узбекистана. В кабинетах этих ведомств ей объяснили, что все дилеры иностранных предприятий контролируются Гульнарой Каримовой, дочерью главы Узбекистана Ислама Каримова. Сотрудник Таможенного комитета прямо сказал Позиловой, что во избежание проблем необходимо закрыть предприятие «Ескадо сервис». А вскоре договор о дилерстве с волгоградским партнером был досрочно прекращен и передан ее конкурентам.

 

Позилова решила поменять сферу деятельности и в 2008 году открыла магазин Kalizion fashion в центре Ташкента рядом с Алайским рынком. Позилова платила налоги и часть прибыли передавала малоимущим в мечети. И опять  пришли «важные» люди и стали устанавливать новый порядок на ее предприятии. Они же незаконно забрали товар со склада магазина Kalizion fashion и стали пророчить проблемы.

 

Респонденты Ассоциации подтвердили факт принадлежности магазина Kalizion fashion Позиловой, но отказались называть имена вымогателей. Они считают, что это отразится на их безопасности.

 

Когда Мухаббат Позилова отказалась «добровольно» отдать магазин Kalizion fashion вымогателям, против нее возбудили уголовное дело по статье 168 (мошенничество) Уголовного кодекса Узбекистана.

 

Опасаясь расправы, большинство из окружения Позиловой не поддержали ее. В отличие от многих, коллега Умид Ходжиматов ходил к вымогателям и взывал к их совести, после чего был обвинен в мошенничестве и осужден на 5 лет.

 

Мухаббат Позилова успела эмигрировать, сохранив за собой право на собственность магазина Kalizion fashion. Власти объявили ее в розыск по Узбекистану и, скорее всего, по СНГ (розыскное дело № 10/11717).

 

В дом к родителям Позиловой несколько раз приходил сотрудник уголовного розыска Узбекистана Низом Ешмурадов и следователь Хамзинского районого отделения внутренних дел города Ташкента Бахтиёр Эркабаев. Они грубо требовали от детей и отца Мухаббат информацию о ее местонахождении и номер телефона. Таким образом узбекским правоохранительным органам стал известен номер мобильного телефона Мухаббат Позиловой в Норвегии. Переживания за дочь и внуков спровоцировали у отца Мухаббат сердечный приступ, приведший 22 июля 2011 года к его смерти. Этот факт подтверждается свидетельством о его смерти.
 

• Система

Ассоциация «Права человка в Центральной Азии» все чаще получает заявления узбекских предпринимателей, подвергшихся вымогательству со стороны тех, кому покровительствуют сотрудники правоохранительных органов. Характерно то, что никто из пострадавших не смог оспорить свое право на собственность. Как только они начинали сопротивляться напору вымогателей, против них возбуждали уголовное дело со всеми вытекающими последствиями. Даже в эмиграции они не чувствуют себя защищенными, в их отсутствие страдают родные, проживающие в Узбекистане.

 

*   *   *

 

Заявление гражданки Узбекистана Мухаббат Позиловой и имеющиеся доказательства об угрозе ее безопасности направлены в Генеральную прокуратуру Норвегии и Министерство иностранных дел Норвегии с просьбой обеспечить Мухаббат Позиловой безопасность в соответствии с обязательствами по международным соглашениям в области прав человека. Одновременно отправлено специальное сообщение о незаконных действиях сотрудников правоохранительных органов Узбекистана в центральный офис Интерпола, Специальному докладчику ООН по вопросам пыток с просьбой обратить на это внимание официального представительства Узбекистана в ООН.

 

 

Приложение 1

 

На протяжении года сотрудник отдела уголовного розыска Хамзинского района города Ташкента Низом Ешмурадов терроризирует своими телефонными звонками гражданку Узбекистана Мухаббат Пазилову, временно проживающую в Норвегии. Ешмурадов угрожает арестовать Пазилову, объявить ее в розыск по линии Интерпола и одновременно вымогает у Пазиловой Apple iPhone.

Ассоциации «Права человека в Центральной Азии» удалось получить список телефонных звонков Низома Ешмурадова с номеров +9989712966072  и +998971196166, принадлежащих РОВД Хамзинского района города Ташкента. Принадлежность этих телефонных номеров подтвердили также наши источники в Узбекистане. Нам достоверно известно, что сотрудник отдела уголовного розыска Низом Ешмурадов звонил с угрозами Мухаббат Позиловой: 
24.10.2012 07:18
04.04.2012 16:03
04.04.2012 16:02
15.03.2012 13:28
04.03.2012 15:04
03.03 2012 15:03
10.02.2012 11:47
10.02.2012 11:31

Мы располагаем аудиозаписью одного из таких телефонных звонков Низома Ешмурадова к Мухаббат Позиловой, сделанной 4 июня 2012 года. Звонок поступил в  16:48:49. Длительность разговора: 4 минуты 19 секунды. Оригинал записи на узбекском языке можно прослушать здесь:

http://www.youtube.com/user/AssoHRCA?feature=watch .

• Ниже – расшифровка телефонного разговора на русском языке.

Низом:  Алло,  Мухаббат? Как ваши дела? Какие новости?
Мухаббат: Спасибо, как сами?
Низом:   Заставляешь нас скучать по тебе. Ты приедешь?
Мухаббат: Скучаете? Вам легко так говорить.
Низом:  Да.
Мухаббат: Как только я услышала эту новость, места себе не нахожу.
Низом:   Такие дела.
Мухаббат: В прошлый раз по телефону вы сказали, что объявите меня в розыск?
Низом:   Нет, пока я не подал на тебя в розыск, я еще работаю над этим!
Мухаббат: Если я не приеду, вы меня объявите в розыск?
Низом:  [смеется– Ред.]
Мухаббат: Низом, а откуда вы мне звоните, из Хамзинского РОВД?
Низом:   Хм… из Хамзинского РОВД.
Мухаббат: Из отдела розыска?
Низом:   А что-то еще случилось?
Мухаббат: Скажите, Алина вам сказала, что я не брала деньги? Или они вдвоем твердят, что я взяла деньги?
Низом:  Они обе сказали, что ты взяла деньги, они хотят сделать тебя крайней, но они знают, что ты ни при чем.
Мухаббат: Что они сказали? Я взяла деньги или не брала?
Низом:   Нет, они сказали, что ты взяла [деньги – Ред.], они из тебя сделали крайнюю.
Мухаббат: А кто именно так сказал – те две девушки или Алина, или все девушки из дома Алины?
Низом:   Другие девушки сказали, что ты взяла [деньги – Ред.], но Зуля говорит, что ты не виновата.
Мухаббат: Хм… ясно, это Алина.
Низом:   Алину не вызывали, и она не приходила.
Мухаббат: И что, из-за этого вы хотите меня объявить в розыск?
Низом:   Да.
Мухаббат: За что? Я же не брала деньги!
Низом:   Потому что вы должны приехать и должны доказать свою невиновность. Если вы не приедете, значит, вы согласны с обвинением. А если приедете, сможете себя оправдать.
Мухаббат: Если вы меня объявите в розыск, что тогда будет?
Низом:   Будет очень плохо!
Мухаббат: А что будет плохо?
Низом:   Я получу санкцию на ваш арест и закрою прям там!
Мухаббат: Что сделаете? Как санкцию получите?
Низом:   Закрою там, где ты сейчас. И подам информацию в Интерпол, тогда тебя сразу закроют на неделю или на месяц.
Мухаббат: Здесь? [в Норвегии – Ред.]
Низом:   Да, там! Как только тебя закроют, твоей каръере пришел конец. Интерпол тебя будет отправлять из одной тюрьмы в другую, вот так целый год тебя будет мучить  Интерпол. Чтобы этого не случилось, свяжись с Зухриддином [речь идет о следователе Хамзинского РОВД, который вызывал на допрос Мухаббат Позилову, когда она была в Ташкенте. – Ред.]. Он сам тебя об этом просил.
Мухаббат: По какой статье меня обвиняете?
Низом:   Вас?
Мухаббат: Да.
Низом:   Статья 168 часть 3 [«Мошеничество в особо крупном размере» – название статьи Уголовного кодекса Республики Узбекистан. – Ред.]. Оказывается, вы отправили письмо с просьбой об амнистии? Я это тоже отдал в прокуратуру. Мне ответили, что, так как у вас 3-я часть статьи 168, вы должны здесь присутствовать лично.
Мухаббат: Я вам говорила про того человека, он приехал, но мне еще ничего не сказал. Если он мне ничего не ответит, возможно, я не смогу вернуться.
Низом:   Если не приедешь сама, я подам в розыск по линии Интерпола. Интерпол вас посадит [в тюрьму], потом депортирует в Узбекистан, из тюрмы в Узбекистане ты не выйдешь никогда. Я тебя раздавлю таким способом! Пока за тебя просит меня Зухриддин.
Мухаббат: Приехал человек, о котором я говорила. Мне нужно посоветоваться. Я вам отвечу потом.
Низом: Давай, давай! Только быстрее [иронизирует. – Ред.].
Мухаббат. О’кей. Хорошо. 

 

Примечение. Перевод с узбекского на русский язык подготовлен Ассоциацией «Права человека в Центральной Азии». На узбекском языке Низом говорил, используя жаргон преступного мира, и многие его фразы звучат угрозой в адрес Мухаббат.

 

Узбекистан: заключенный писатель Мамадали Махмудов получил тяжелую травму головы

«Я увидела отца сильно исхудавшим, он чуть слышно говорил и еле передвигался...», – рассказывает дочь Мамадали Махмудова.

С 26 октября 2012 года узбекский писатель Мамадали Махмудов находится в больнице-колонии УЯ 64/18, где ему наложили швы на рану в затылочной части головы.

Писатель Мамадали МАХМУДОВ (творческий псевдоним – Эврил Турон) родился в 1940 году. Гражданин Узбекистана, бывший председатель Фонда культуры Узбекистана, лидер движения «Туркестан», созданного инициативной группой узбекской интеллигенции и просуществовавшего с 1989 по 1993 годы. Лауреат премии Хеллман – Хэммета, присуждаемой писателям – жертвам преследований по политическим мотивам, и премии «Чолпан», учрежденной в память жертв сталинских чисток, которую он получил за свой исторический  роман «Бессмертные скалы». В 2008 году французское издательство L’AUBE выпустило этот роман на французском языке в переводе Филиппа Фризона.

Дело Мамадали Махмудова требует срочного вмешательства Верховного комиссара ООН по правам человека, Специального докладчика ООН по вопросам пыток, международного комитета Красного Креста, Пен-клуба и других международных организаций.

Необходимо незамедлительно обеспечить:
          - доступ к заключенному Мамадали Махмудову представителей международного комитета Красного Креста;
          - беспрепятственный доступ заключенного к адвокату.

14 ноября 2012 года у Мамадали Махмудова была встреча с дочерью. На свидание писателя привели охранники, которые оставались во время беседы в том же помещении. Возможно, поэтому о своей ране на голове Мамадали Махмудов предпочел не говорить. Сказал лишь, что у него высокое артериальное давление, 200 на 150, и общая слабость. Несколько лет назад врачи  поставили писателю диагноз – туберкулез.

• Дело Мамадали Махмудова

26 февраля 1999 года писатель был арестован. 18 августа 1999 года Ташкентский областной суд приговорил его к 14 годам лишения свободы по статьям: 25-159 часть 4 (посягательство на конституционный строй), 216 (организация запрещенных общественных объединений и религиозных организаций), 242 часть 1 (организация преступного сообщества). Он отбывает наказание в колонии строгого режима города Чирчик Ташкентской области УЯ 64/6. Это не первая судимость писателя по сфабрикованному обвинению.

В 1994 году Мамадали Махмудову подбросили наркотики и во время обыска нашли листовки партии «Эрк», потом  появидся другой повод привлечения к отвественности, уже за хищение. В те годы он был председателем Фонда культуры Узбекистана. Общественный резонанс и международная кампания в поддержку писателя повлияли на власти, и его освободили по амнистии. 

• Система

В 72 года Мамадали Махмудов отбывает 13-й год заключения. В феврале 2014 года заканчивается срок наказания, присужденный в 1999 году. По некоторым признакам готовится новое обвинение против него, уже по статье 221 Уголовного кодекса Узбекистана (неповиновение законным требованиям администрации учреждения по исполнению наказания), которая предусматривает лишение свободы от трех до пяти лет. В последнии годы эта статья стала применяться чаще обычного, именно в отношении политзаключенных, и заменяет собой по сути пожизненное заключение.

У писателя трое детей. Семья находится под постоянным наблюдением правоохранительных органов. Сын Бобур был арестован в Ташкенте после андижанских событий мая 2005 года, но его освободили в связи с отсутствием доказательств причастности к этим событиям. Более восьми лет сыновья Мамадали Махмудова не могут устроиться на работу из-за родственной принадлежности к осужденному писателю.

Аналогичная ситуация у бывшего депутата парламента Узбекистана Мурада Джураева, бывшего председателя правления первого частного коммерческого банка «Рустам-банк», редактора журнала «Эрк» Мухаммада Бекжана и правозащитника Исроила Холдарова. В 2012 году у них закончился срок наказания, но незадолго до даты освобождения их поместили в штрафной изолятор и затем осудили по статье 221 УКРУз.

Ассоциация «Права человека в Центральной Азии» обращает внимание международного сообщества на то, что условия содержания узбекских заключенных противоречат Конституции Республики Узбекистан и обязательствам, принятым этой страной при ратификации Международного пакта ООН о гражданских и политических правах (статьи 7, 10, 18, 19, 22, 26), Конвенции против пыток и других жестоких бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания (статья 15), Декларации ООН о праве и обязанности отдельных лиц, групп и органов общества поощрять и защищать общепризнанные права человека и основные свободы, а также Свода принципов защиты всех лиц, подвергаемых задержанию или заключению в какой бы то ни было форме (принципы 1, 6, 21).

Ассоциация «Права человека в Центральной Азии» убедительно просит всех заинтересованных лиц, организации и средства массовой информации уделить внимание судьбе Мамадали Махмудова.


Ранее мы писали в пресс-релизе "Узбекистан: Акция за освобождение писателя Мамадали Махмудова" от 1 декабря 2008 года

Узбекистан: тяжелобольного политзаключенного Мурада Джураева снова поместили в изолятор

10 октября 2012 года политзаключенного Мурада Джураева на одиннадцать дней снова поместили в штрафной изолятор. 13 ноября истекает пятый срок наказания, скорее всего он не будет последним. Джураев с трудом передвигается и чуть слышно говорит.  Он потерял всякую надежду на освобождение. Необходимо срочное вмешательство международного сообщества.

5 сентября 2012 года Мураду Джураеву исполнилось 60 лет. Более 18 лет остается в заключении бывший депутат Верховного парламента Узбекистана М. Джураев. Очевидцы сообщают, что у него критическое состояние здоровья. За годы заключения он лишился зубов, у него постоянно воспалена носоглотка, у него не прекращаются головные боли. За все годы заключения Международный Комитет Красного Креста его ни разу не посетил. 

Мурад Джураев,
1994г.

Мурад Джураев родился в 1952 году в городе Мубарек Кашкадарьинской области. По национальности туркмен. Женат, имеет троих детей. Окончил Ташкентский политехнический институт. В 1989 - 1992 годах работал председателем исполнительного комитета городского совета города Мубарек. 

С 18 сентября 1994 года в заключении. В настоящее время он находится колонии УЯ 64/45, в близи города Алмалык Ташкенской области. 

31 марта 1995 года Мурад Джураев был приговорен к 12 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима и конфискацией имущества. На основании акта амнистии, этот срок наказания был сокращен на три года.

Мурада Джураева обвинили в преступном сговоре с лидером оппозиционной политической партии «Эрк» Мухаммадом Салихом, который, по версии властей, пытался организовать насильственный захват власти.

Незадолго до окончания срока в 2003 году Джураева осудили по надуманному обвинению по ст. 221 Уголовного кодекса Узбекистана «Неповиновение законным требованиям администрации учреждения по исполнению наказания» еще на три года лишения свободы. То же самое произошло и в 2006 году, когда подходил срок окончания последнего приговора, - заключенному добавили еще три года наказания по статье 221 УК РУз. В марте 2009 года по той же статье срок заключения опять был продлен на три года и четыре месяца. Среди прочих причин - в наказание за то, что он «неправильно чистил морковь», работая на кухне. 13 ноября 2012 года истекает пятый срок наказания. Скорее всего он не будет последним.

В мае 2011 года лидер оппозиционной партии «Эрк» и политэмигрант Мухаммад Салих возглавил Народное движение Узбекстана. Этот факт серьезно встревожил главу Узбекистана Ислама Каримова. Многим политзаключенным, даже никоим образом не связанных с Мухаммадом Салихом, стали добавлять новые сроки лишения свободы, активистам гражданского общества вновь не дают разрешение на выезд из страны, блокируется доступ к интеренету.

Ассоциация «Права Человека в Центральной Азии» считает, что Мурад Джураев необосновано лишен свободы и призывает вмешаться:  

- Верховного Комиссара ООН по правам человека;

- Специального докладчика ООН по вопросам пыток; 

- Международный Комитет Красного Креста; 

- Евросоюз;

- Госдепартамент США;

-  и другие международные организации.

Источник: Ассоциация "Права человека в Центральной Азии"

16, rue de Docteur Leroy, 72000 Le Mans France;

T:+33.6.49.38.86.59

E: asiecentrale@neuf.fr 

Призыв к бойкоту узбекского текстиля!

Мы, нижеподписавшиеся граждане Узбекистана, призываем к международному бойкоту узбекского текстиля. Поскольку его производители используют хлопок, собранный с применением принудительного труда детей и взрослых. Иностранные инвесторы и партнеры текстильных предприятий Узбекистана обязаны соблюдать международные нормы прав человека и добиваться этого от узбекского правительства. Только независимый мониторинг под эгидой Международной организации труда может подтвердить, прекратил ли Узбекистан практику принудительного труда. Мы призываем Евросоюз и США отменить налоговые привилегии производителям узбекского текстиля, предусмотренные Генеральной Системы Преференций. Ниже  мы приводим список иностранных текстильных предприятий в Узбекистане, экспорт которых в страны Запада  мы призываем бойкотировать.

На протяжении всего постсоветского периода в Узбекистане не прекращается практика крупномасштабной принудительной мобилизации школьников, студентов, работников предприятий, госучреждений и социальной сферы на сбор хлопка. По приказу районных и областных властей около двух миллионов школьников мобилизуются каждую осень на два месяца для сбора хлопка. Школьники и студенты привлекаются c отрывом от учебы, причем без выходных. Ратификация  Узбекистаном основополагающих конвенций Международной Организации Труда (МОТ) № 29, 105, 138, 182, запрещающих принудительный и детский труд, а также  принятие ряда законов, защищающих права детей, не привело к прекращению принудительного труда. 

Хлопок – основная экспортная культура сельского хозяйства Узбекистана, и приносит в бюджет страны один миллиард долларов США. Однако для населения не доступна информация о том, как используется валютная выручка от экспорта хлопка. 

Результаты исследований, материалы СМИ о принудительном труде в Узбекистане, неоднократные призывы международных организаций прекратить практику принудительного труда не приносят положительных результатов. Обращения  допустить в  страну миссию МОТ для проверки того, как выполняются международные обязательства страны по указанным четырем конвенциям, всегда отклоняются.  Для выполнения этих конвенций узбекское правительство должно будет демонтировать командную систему в хлопковом секторе экономики, которая опирается на принудительный труд. Жертвами и заложниками командной экономики становятся  фермеры и их семьи. Правительство Узбекистана не видит выгоды в реальных реформах сельского хозяйства, предпочитая старую практику, восходящую ко временам Сталина. 

С сентября 2012 года мы получаем новые сообщения о принудительной мобилизации на хлопок студентов, врачей, учителей и других категорий населения. Для правительства Узбекистана остается неощутимым международное давление, поэтому практика принудительного труда продолжается.

С 2007 года мы призывали к международному бойкоту узбекского хлопка, и ряд международных компаний его поддержали. Более 80 компаний подписали обязательство о том, что они будут исключать узбекский хлопок из своих поставок. Но узбекское правительство пользуется тем, что идентифицировать страну происхождения хлопка в огромном торговом потоке технически очень трудно.  Поэтому мы призываем приступить к следующему этапу кампании против принудительного труда в Узбекистане - к бойкоту его текстильного экспорта. 

По нашим данным, более 250 тысяч тонн хлопкового волокна ежегодно реализуется в Узбекистане на рынках для местных текстильных предприятий. Наибольшую часть этого хлопка получают предприятия с иностранным капиталом - совместные предприятия или дочерние фирмы иностранных компаний. Таких компаний как минимум 50. Их продукция, пряжа и ткани, предназначены для экспорта, в том числе в страны Европы и США.  В приложении мы даем полный список этих предприятий с информацией о том, кто является иностранным партнером. 

Этот список возглавляют предприятия, созданные корейскими компаниями, это самые крупные покупатели узбекского хлопка и производители текстиля. Прежде всего это предприятия, принадлежащие Daewoo International. Его дочерняя компания «Daewoo Textile Fergana» закупает наибольшее количество хлопкового волокна среди всех текстильных предприятий в стране – около 30 тысяч тонн в год. На втором месте – «Daewoo Textile Bukhara» (10 тысяч тонн в год). Кроме того, имеются еще два корейских предприятия, LLC «Hain Tex» в Намангане и «Senas Textile» в  Андижане.  Принимая во внимание масштабы корейских инвестиций в текстильную индустрию Узбекистана (46,5 тысяч тонн закупаемого хлопкового волокна в год), трудно представить, что они осуществлялись без участия правительства Южной Кореи и его посольства в Узбекистане. Правительству Южной Кореи доступна информация о ситуации с принудительным трудом в хлопковом секторе Узбекистана и о международной кампании за его прекращение, однако оно не предупредило корейские компании о рисках международного бойкота узбекского текстиля. Следовательно, за последствия бойкота ответственность будет нести наряду с корейскими компаниями и правительство Южной Кореи.  

Мы призываем к бойкоту всей текстильной продукции компании Daewoo International как крупнейшего инвестора в текстильное производство в Узбекистане. Daewoo обязана использовать все свои возможности для давления на правительство Узбекистана, чтобы добиться прекращения рабства на хлопковых полях нашей страны. Только тогда его продукция будет соответствовать международным социальным стандартам ведения бизнеса, одобренным Организацией Экономического Сотрудничества и Развития, членом которой является Южная Корея. 

Второе место по масштабам инвестиций в текстильную промышленность Узбекистана занимает Турция. В нашей стране действуют около 10 текстильных предприятий с турецким капиталом. Крупнейшее из них - "Osborn Textile", принадлежащее Tarmac Group. Объем закупок узбекского  хлопка этой компанией составляет 10 тысяч тонн в год.  Полный список компаний с иностранным капиталом приводится ниже. 

Наш призыв адресован прежде всего к 80 компаниям, которые подтвердили свое желание исключить узбекский хлопок из своих поставок. Это возможно  посредством включения в черные списки продукцию текстильных предприятий, приведенных в нашем списке. Их примеру мы призываем последовать и другие компании, торговые дома и ассоциации, в первую очередь в Европе и Северной Америке. 

Мы призываем Еврокомиссию и администрацию США  исключить Узбекистан, его хлопок и текстиль, из Генеральной Системы Преференций, предоставляющей налоговые льготы для продукции из развивающихся стран.

Бойкот узбекского текстиля должен продолжаться, пока МОТ не получит возможность провести мониторинг и не подтвердит, что Узбекистан прекратил практику принудительного труда. Правительство Узбекистана обязано проявить политическую волю и в течение года добиться отмены практики эксплуатации. Это в интересах узбекского народа, социально-экономического развития и международной репутации нашей страны.

Полный список Узбекских текстильныхкомпаний можно скачать здесь:
Список подписавшихсяможно скачать здесь:

Гражданские активисты Узбекистана: 

      1. Надежда Атаева, Франция, президент Ассоциации "Права человека в Центральной Азии";

      2. Ёдгор Обид, Австрия, поэт, член Международного ПЕН-клуба;

      3. Сергей Игнатьев, США, координатор проекта "Творчество и права человека" Ассоциации "Права человека в Центральной Азии";

      4. Наталья  Бушуева, Швеция, редактор радиопрограммы "SOS" Aссоциации "Права человека в Центральной Азии";

      5. Исмал Дададжанов, Швеция, председатель Демократического форума Узбекистана, Швеция;

      6. Диларом Исхакова, Узбекистан, поэтесса;

      7. Искандер Худойбердиев, Узбекистан, правозащитник;

      8. Бахтиёр Исабеков, Узбекистан, Кандидат филологических наук;

      9. Гульчехра Нуруллаева, Узбекистан, поэтесса; 

      10. Юсуф Джума, США, поэт-сатирик; 

      11. Атаназар Арипов, Узбекистан, Генеральный секретарь Демократической партии Узбекистана "Эрк";

      12. Сурат Икрамов, Узбекистан, Председатель Инициативной Группы Независимых Правозащитников Узбекистана (ИГНПУ);

      13. Санжарали Имомов, Узбекистан, Узбекистана;

      14. Сафар Бекжан, Швейцария, писатель; 

      15. Абдужалил Бойматов, Ирландия, председатель Общества Прав человека Узбекистана;

      16. Санжар Умаров, США, Лидер коалиции "Солнечный Узбекистан"; 

      17. Сухроб Исмаилов, Узбекистан, глава Экспертной рабочей группы; 

      18. Ташпулат Юлдашев, США, политолог; 

      19. Саломатой Бойматова, Ирландия, правозащитница; 

      20. Башорат Ешова, Швейцария, представитель Общества прав человека Узбекистана; 

      21. Елена Урлаева, Узбекистан, Лидер общественной организации "Правозащитный Альянс Узбекистана";

     22. Гульшан Караева, Узбекистан, председатель Кашкадарьинского отделения Общества       Прав человека Узбекистана; 

      23. Алишер Таксанов, Швейцария, независимый журналист Узбекистана; 

      24. Кудрат Бабаджанов, Швеция, независимый журналист Узбекистана; 

      25. Алишер Абидов, Норвегия, политический беженец; 

      26. Хуснутдин Кутбитдинов, США, независимый журналист и правозащитник; 

      27. Мухаммад Салих, Норвегия, Лидер Народного Движения Узбекистана;

      28. Фарходхон Мухтаров, Узбекистан, правозащитник; 

      29. Тулкин Караев, Швеция член Общества прав человека Узбекистана 

      30. Улугбек Хайдаров, Канада, независимый журналист и правозащитник, обладатель премии Хеллман – Хэммет; 

      31. Дария Еписова, США, независимый журналист Узбекистана; 

      32. Олег Сапуров, Узбекистан, правозащитник;  

      33. Мубарокхон Маматкулов, Узбекистан;  

      34. Абдулатиф Абдурахимов, Швеция, политэмигрант; 

      35. Дильмурод Исаков, Швеция, политэмигрант; 

      36. Абдумалик Бакаев, Швеция, политэмигрант; 

      37. Аваз Исаков, Швеция, политэмигрант; 

      38. Байрамали Юсупов, Дания, политэмигрант; 

      39. Рафик Ганиев, Швеция, член Общества прав человека Узбекистана "Эзгулик";

      40. Набиджон Нарбутаев, Швеция, член партии "Бирлик"; 

      41. Асадулло Ахмедов, Норвегия, политэмигрант; 

      42. Дилдора Ахмедова, Норвегия, политэмигрант; 

      43. Даниэль Андерсон, Норвегия, политэмигрант; 

      44. Давид Андерсен, Норвегия, политэмигрант; 

      45. Шавкат Ходжаев, Узбекистан;

      46. Руфия Киямова, Узбекистан; 

      47. Ота Рахимов, Узбекистан; 

      48. Давлат Казимов, Узбекистан;

      49. Саодат Казимова, Узбекистан;

      50. Захро Казимова, Узбекистан;  

      51. Бек Давронов, Узбекистан; 

      52. Зубаид Исханов, Узбекистан;

      53. Ибодат Каримов, Узбекистан;

      54. Анвар Каримова, Узбекистан;  

      55. Аваз Каримов, США, политэмигрант; 

      56. Ауб Каримов, США, политэмигрант;

      57. Ином Бобоханов, США, политэмигрант;

      58. Ильхом Бобоханов, США, политэмигрант;

      59. Рустам Кабимов, Узбекистан, член Демократический форум Узбекистана;

      60. Фарида Касимова, Узбекистан, член Демократический форум Узбекистана;

      61. Карим Суунов, Узбекистан, член Демократический форум Узбекистана;

      62. Рафик Ишматов, Узбекистан, член Демократический форум Узбекистана;

      63. Бек Алибеков, Узбекистан, член Демократический форум Узбекистана;

      64. Мухаммадсалих Абутов, Швеция, глава общественной организации "Таянч"; 

      65. Дустназар Худрйназаров, Швеция, член Демократической партии Узбекистана "Эрк"

      66. Асрор Эгамбердиев, Узбекистан; 

      67. Аваз Фаязов, Швеция, член Международной организации правозащитников; 

      68. Хаит Гафуров, Швеция, политэмигрант; 

      69. Хатам Ходжиматов, Норвегия, политэмигрант;  

      70. Улугбек Зайнабитдинов, Швеция, политэмигрант; 

      71. Камил Рузиматов, Украина; 

      72. Жалил Икрамов, Украина;

      73. Рустам Махкамов, Узбекистан;

      74. Комил Ишматов, Узбекистан; 

      75. Икром Рузикулов, Узбекистан; 

      76. Зульфия Абидова, Норвегия, политэмигрант; 

      77. Камилия Абидова, Норвегия, политэмигрант; 

      78. Бурхон Исаев, Норвегия, политэмигрант;  

      79. Баходыр Кадыров, Норвегия, политэмигрант; 

      80. Абос Икрамов, Норвегия, политэмигрант;

      81. Жалохир Ходжаев, Норвегия, политэмигрант; 

      82. Акмаль Абдуллаев, Норвегия, политэмигрант; 

      83. Захид Турсунов, Норвегия, политэмигрант; 

      84. Умид Сафаев, Норвегия, политэмигрант; 

      85. Бахром Джураев, Норвегия, политэмигрант; 

      86. Немат Изатуллаев, Норвегия, политэмигрант;

      87. Мухаббат Фазилова, Норвегия, политэмигрант;

      88. Шахида Якуб, Великобритания, Глава организации «Узбекская инициатива-Лондон»; 

      89. Баходир Чориев, США, Глава Народного Движения «Бирдамлик»;С

      90. Умида Ниязова, Германия, Глава правозащитной организации «Узбекско-герсанский форум по правам человека»; 

      91. Хасан Темиров, Швеция, политэмигрант; 

      92. Намоз Нормумин, Швеция, Член Совета Народного Движения Узбекистана; 

      93. Олег Сапуров, Узбекистан; 

      94. Санжар Акбаров, Норвегия;  

      95. Ойбек Хамроев, Норвения;

      96. Дильшод Хасанов, Норвегия;

      97. Пулат Ходжаев, Норвегия;

      98. Батыр Обидов, Норвегия;

      99. Дильдора Хакимова, Швеция;

     100. Алиджон Шомансуров, Норвегия;

     101. Тахир Курбанов, Норвегия;  

     102. Иззат Сотволдиев, Норвегия;

     103. Носир Абдуллаев, Норвегия; 

     104. Шавкат Агзамов, Норвегия;  

     105. Шавкат Мухаммад, Казахстан, Редактор онлайн-издания «Замондош»; 

     106. Максим Назиров, Франция;

     107. Саида Шарипова, Россия; 

     108. Хуршед Юсупов, Россия; 

     109. Мустафо Мамаджанов, Россия;

     110. Сухбатжон Махмудов, Россия;

     111. Шерзод Суфиев, Россия; 

     112. Ильхом Файзиматов, Россия;

     113. Мухитдин Усманов, Россия;

     114. Нуриддин Умаров, Узбекистан;

     115. Шавкат Мухаммади, Узбекистан;

     116. Бурхонжон Мирзобоев, Узбекистан;

     117. Баходир Курбанов, Узбекистан;

     118. Шахноза Солиева, Узбекистан;

     119. Умида Саттарова, Узбекистан;

     120. Гулом Ахмедов, Узбекистан;

     121. Озода Ахмедова, Узбекистан; 

     122. Муслимбек Хамроев, Узбекистан;

     123. Музафар Дехканов, Узбекистан;

     124. Гузаль Дехканова, Узбекистан;

Узбекистан: письмо из колонии «Жаслык» о новых пытках

Письмо, которое больше напоминает записку, передали заключенные колонии УЯ 64/71. Они  описывают  новый вид наказания, административный беспредел и свои попытки противостоять этой жестокости, направленной на подавление воли человека.   

Перевод с узбекского на русский язык подготовлен Ассоциацией «Права человека в Центральной Азии». 

Это  случилось в декабре 2011 года в колонии «Жаслык»

Отрывок из письма заключенных  колонии УЯ 64/71, 

которая находится в поселке "Жаслык" в Республике

Каракалпакистан

«В зоне «Жаслыка» ввели ежедневный час для чтения книг президента [Примечание AHRCA, имеется ввиду глава Узбекистана Ислам Каримов].

В 7-м отряде тоже, как и каждый день, читали эту книгу. Ортыкали [фамилия заключенного в письме не указана]  из Коканда в это время занимался отвлеченными делами и не слушал чтение.  За то, что он не слушал книгу президента, его выволокли из камеры. 

Начальником по воспитательным делам этой колонии является Бердибаев Икром Кадырбаевич [Примечание AHRCA,  имя реальное]. Он лично участвовал, когда пытали Ортыкали. Он [Бердибаев] приказал бить его по пяткам. Когда Ортыкали нанесли 30-40 ударов, то его спросили, будет ли он теперь слушать книги президента, и он дал понять, что остался при своем прежнем мнении. Тогда Бердибаев Икром Кадырбаевич приказал бить его по пяткам еще 20-30 раз. Всего ему нанесли по пяткам 80 ударов. У него опухли пятки. Он [Ортыкали] был не в состоянии ходить.  

На 10 дней, по негласному распоряжению, его бросили в изолятор нового здания, построенного для пожизненно заключенных. 4 заключенных из 7-го отряда также были брошены в такой же изолятор за то, что потребовали вернуть Ортыкали из того изолятора. И еще они объявили голодовку. 4 человека четыре дня продолжали голодовку. После их акции протеста было объявлено, что его  [Ортыкали] поместили в тот изолятор законно, и потом увезли в санчасть.  Там ему сделали перевязку на раны. Через 10 дней его [Ортыкали] отпустили, он снова был доставлен в 7-й отряд общей зоны.  

Такое происшествие не единственное и случается практически каждый день. Заключенных по статье 159 и тех, кто отбывают срок наказания в этой зоне, часто бросают в изолятор в здании колонии для пожизненно осужденных. Сотрудники администрации зоны заявляют, что имеют право помещать в этот изолятор тех, кто нарушает порядок. И  говорят, что это подтверждено законом». 

_____

Колонию 64/71 в народе называют «Жаслык», так как она находится в поселке под названием «Жаслык», расположенного в Каракалпакстане – автономной республике, входящей в состав Узбекистана. Эта зона стала символом государственного произвола. В ней содержатся в основном заключенные, обвиненные в тяжких преступлениях: за членство в запрещенных организациях, за критику режима или за причастность к терроризму. К этим осужденным амнистия применяется крайне редко. Чаще этих заключенных осуждают несколько раз, не выпуская на свободу. А те, кто выходит на волю, стараются не вспоминать о пережитом. 

Пытки здесь обыденное явление. В нашу Ассоциацию поступила схема камеры, где заключенных пытали и подвергали сексуальному насилию. В комментарии к этой схеме автор написал, что жертв изуродовали так, что их побоялись показывать другим заключенным. Их срочно этапировали в другие колонии. В 2002 году, накануне посещения этой зоны Специального докладчика ООН по вопросам пыток Тео ван Бовена, вход в эти помещения был забетонирован. Судьба жертв пыток остается неизвестной. 

Эта колония 64/71 находится в особо сложных климатических условиях. Летом температура воздуха достигает выше 50 градусов по Цельсию,  а зимой опускается ниже -20 градусов. Постоянные ветры. Дефицит и  плохое качество воды с высоким содержанием соли. Из этой зоны заключенные выходят больными людьми, зачастую инвалидами. Судьбу этих заключенных разделил и известный защитник прав фермеров из Общества прав человека Узбекистана Азъам Фармонов. 

Любые сообщения от заключенных этой колонии всегда поражают фактами особой жестокости. Особенно цены те свидетельства, в которых называются имена лиц, причастным к пыткам. Они совершают свои преступления с полной уверенностью в безнаказанности. 

_____

Ассоциация «Права человека в Центральной Азии» отмечает, что в Узбекистане  сложились условиях, при которых правозащитники не имеют возможность проводить расследования случаев пыток. Их преследуют за критику и ограничивают в праве на передвижение. 

За последние пять лет власти  подвергли преследованиям более 200 защитников прав человека и журналистов, из них 16 лишены свободы. Ташкентский офис международной правозащитной организации Хьюман Райтс Вотч в 2007 году был закрыт после 15-летнего присутствия в этой стране. Несколько лет сотрудникам этой организации не дают визу и аккредитацию. Все чаще жертвы нарушений прав человека скрывают свои имена и обращаются в международные организации и к общественности через политэмигрантов

Ассоциация «Права человека в Центральной Азии» приглашает к сотрудничеству волонтеров для переводов и редактирования документов организации. По всем вопросам обращайтесь по адресу: asiecentrale@neuf.fr

Дильмурат Хайдаров: "В те дни конфликта я даже думал, что мне объявят благодарность, но получилось все наоборот"

Два года спустя после трагических событий в июне 2010 года на юге Кыргызстана продолжается дискриминация по этническому признаку с использованием пыток и фабрикацией обвинения. 

История этнического узбека, уроженца села Нариман Ошской области Дильмурата Хайдарова одна из многих. Ассоциация «Права человека в Центральной Азии» уже рассказывала о нём 28 февраля 2012 года в пресс-релизе «Хайдаров Дильмурат: «Я люблю Кыргызстан, верю в его цивилизованное будущее, но меня никто не слышит!» (по материалам уголовного дела № 141-10-240) . Ему грозит пожизненное тюремное заключение, хотя убедительных доказательств его вины нет. 

Дильмурад Хайдаров с дочерью до ареста

Хайдаров Дильмурат Абдурасулович родился 8 июня 1973 года, этнический узбек. Уроженец села Нариман Карасуйского района Ошской области. Женат, имеет троих малолетних детей. Ранее не судим. Юрист.

Нам удалось связаться с Дильмуратом Хайдаровым по телефону. Предлагаем вашему вниманию его обращение к общественности, он просит о поддержке для восстановления справедливости. Подробности в правозащитной аудиопрограмме SOS Ассоциации «Права человека в Центральной Азии». 

Краткое содержание интервью Дильмурата Хайдарова, в котором он рассказал свою историю и обратился к общественности за поддержкой. 

• В дни июньской трагедии мы решили помогать пострадавшим 

«У меня в районе  хлобчатобумажного комбината (далее район ХБК) жил друг, по национальности кыргыз, Эмиль Мамалиев, мы созвонились и решили помогать пострадавшим. Я вывозил из своего района соседей кыргызов, туркменов, китайцев в ХБК, а там меня встречал Эмиль и отправлял их дальше в безопасные места. В свою очередь, он переправлял узбечек из своего района в мой (село Нариман). Вот так вдвоем действовали, чтобы не пострадали прежде всего женщины и дети. Помню, была иранская семья. Я их через ХБК отвез в аэропорт и посадил на самолет. Кроме того, в те дни было много провокаторов и мародеров, и мы присматривали за домами. 

         
Тогда я не знал, что такая у меня будет судьба, что за это меня арестуют и  будут пытать. Я вывез много людей разных национальностей за пределы Наримана. В частности Эмиль Мамалиев и другие, с кем мы вывозили людей в безопасные места, приходили в суд и давали показания об этом, выражая благодарность за то, что я им помог. Когда меня задержали, я прежде всего милиционерам показал свое удостоверение дружинника, я им говорил, чтобы опросили моих соседей и тех людей, которым я помогал. Но вместо этого меня начали пытать и издеваться надо мной.  В ходе судебного процесса меня избивали, прокурор даже хотел меня пожизненно посадить. Хорошо, что судья попался справедливый и настаивал на дополнительном расследовании», – рассказывает Дильмурат Хайдаров корреспонденту программы SOS. 

• Пытки и принуждения к даче ложных показаний 

Дильмурад Хайдаров

9  октября 2011 года был избит 

в Карасуйском районном суде 

«Я от пыток даже сознание терял. Мне надевали пакет на голову, пытали электрошоком, били дубинками, а когда терял сознание, под ногти втыкали  канцелярские скрепки. Я не знаю, как это все выдержал. Но я не подписывал никаких показаний об убийствах, якобы совершенных мной, – я, наоборот, говорил правду, что не признаю свою вину. Меня пытали не только в УВД, но и в СНБ. Это нечеловеческие пытки, я не подозревал даже, что такие пытки могут вообще быть.

Сотрудники правоохранительных органов говорили мне, что если я дам ложные показания на «богатеньких», которые у нас живут, то они меня отпустят, в противном случае я сам буду сидеть.  Честно говоря, в те дни сотрудники правоохранительных органов делали деньги. Потому они были заинтересованы, чтобы задержанные ими оговаривали богатых людей. Конечно, я отказывался. Разве можно жить после этого, с такой- то совестью? Один оперативник мне говорит, что я, мол, действовал на две стороны. А как я должен был поступить? Спасать киргизов, а узбеков бросать? Или спасать узбеков, а киргизов бросать? Я не такой человек! И вот тогда оперативник мне сказал, что, мол, давай подписывай показания, а то почки отобьем и ты с ума сойдешь. Я скорее готов был умереть, чем на невинных людей показания дать». 

• Отсутствие свидетеля 

«Нет ни одного прямого свидетеля, который мог бы обвинить меня в преступлении.  Судьи видят мою непричастность к преступлению, в котором меня обвиняют, и не могут вынести обвинительный приговор, но и не могут оправдать, так как за оправдание им  отвечать перед вышестоящими. Я думаю, что на судей оказывают  давление и дано указание нас осудить. А вот кто давит, не знаю. Может, политики? Мы ведь, осужденные после ошского конфликта, политическими уже стали.  Один раз я у следователя спросил о том, как бы он поступил на моем месте. А он мне ответил, что я сделал все правильно. Но ничего изменить нельзя, потому что на него давят. Я поинтересовался у него о том, кто оказывает это давление, а он ответил, что не может этого сказать, но было пожелание, чтобы я сидел в тюрьме. Я требовал допросить моих свидетелей. Но ни одного из них не допросили».

• Дильмурат Хайдаров: «Я стал жертвой политиков» 

«Я стал жертвой политиков. Вот сейчас получается так, что люди могут подумать: он помогал, и за это его посадили, за это его пытали. Я хочу, чтобы в дальнейшем такого не было. Пусть восторжествует справедливость, и пусть люди друг другу помогают! Кто меня слышит, кто меня помнит и видел, помогите мне! Я потом подсчитал, что среди тех, кого я спасал, были 61 киргизская женщина и 9 детей, 23 китайца, несколько туркменских девушек и иранская семья, которую я отвез в аэропорт, муж с женой и двое детей. Я не хочу, чтобы потом судьям и прокурорам было стыдно за то, что они посадили невинных людей. И таких, как я, много, которые сидят ни за что...» 

Ассоциация «Права человека в Центральной Азии» убедительно просит всех заинтересованных лиц, организации и средства массовой информации обратить внимание на дело Дильмурата Хайдарова, а также содействовать объективному и всестороннему судебному расследованию. Необходимо направить соответствующие заявления руководству Кыргызской Республики по указанным ниже адресам:

• President of the Republic of Kyrgyzstan Almazbek Atambayev, postal address Government House: Kyrgyzstan, city of Bishkek, the index is 720003, Fax: +996312638565; E-mail: ps@mail.gov.kg, http://www.president.kg/; 
• Minister of Foreign Affairs of the Republic of Kyrgyzstan Kazakbaev Ruslan Aytbaevich, postal address: 720040, c. Bishkek, boulevard Erkindik, 57, Tel.: +996312620545, Fax: +9963126605, Еmail: gendep@mfa.gov.kg, pressslujba@gmail.com, http://www.mfa.kg; 
• Acting Chairman of the Supreme Court of Kyrgyzstan Dzhamasheva Feruz Zulumbekovna, postal address: Kyrgyzstan, 720046, Bishkek, ul. Orozbekova 37; Tel: +996312663318;
• Сhairman of the Osh regional court Tilebaliev Akynbek Kazybekovich, postal address: Osh Mominova Street, 3; Tel: +996312 663318 (reception);
• Prosecutor General of the Republic of Kyrgyzstan Salyanova Aida Zhenishbekovna, postal address: Kyrgyzstan, Bishkek city, postal code 720040, ul. Orozobekova 72, Fax: +996312665411; E-mail: vsud@elcat.kg;

Вы можете прослушать правозащитную аудиопрограмму Ассоциации "Права человека в Центральной Азии" - обращение Дильмурата Хайдарова из кыргызской тюрьмы.

«SOS!» – аудиопрограмма Ассоциации «Права человека в Центральной Азии»

Все чаще в нашу организацию по телефону обращаются заявители. Они сообщают об ограничении доступа к адвокату, о невозможности получить достоверную информацию, о применении к ним пыток и принуждении давать ложные показания, а также о многих других правонарушениях.

У пострадавших не всегда есть возможность высказаться, не говоря уже о том, чтобы написать жалобу. Для них телефон порой становится единственным средством связи. Рассказанная ими ситуация, как правило, требует безотлагательных мер, мольба о помощи этих людей заслуживает внимания и поддержки общественности.

Аудиопрограмма "SOS" – программа о тех, кто ждет вашей помощи

Не оставайтесь равнодушными!