Цифровое давление через copyright-жалобы: Facebook начал удаление публикаций правозащитницы Надежды Атаевой и материалов правозащитных организаций

Дорогие друзья,

сообщаю, что я получила уведомление от Facebook о поданной жалобе и начале процедуры удаления моей персональной страницы. Формальным основанием указано «нарушение авторских прав» со ссылкой на публикацию 2022 года об аресте правозащитника Азиза Юсупова.

Речь идёт о совместном правозащитном заявлении, размещённом на официальном сайте Ассоциации «Права человека в Центральной Азии»:

https://ahrca.org/.../1134-uzbekistan-human-rights...

Публикация была воспроизведена с указанием источника и в некоммерческих целях информирования общественности о ситуации с правами человека. В этой связи обвинение в нарушении авторских прав представляется необоснованным.

У меня есть серьёзные основания полагать, что мы сталкиваемся с целенаправленным использованием механизмов защиты авторского права для ограничения распространения правозащитной информации и свободы выражения мнения.

В ближайшие дни будет опубликовано отдельное заявление с подробностями.

Складывается впечатление, что против критиков проводится массовая кампания цифрового давления с использованием процедур платформ, что подрывает доверие к таким сервисам, как YouTube и Facebook.

Узбекистан: серьёзные опасения за здоровье и безопасность каракалпакского активиста Даулетмурата Тажимуратова, находящегося в заключении

 

Ассоциация «Права человека в Центральной Азии» (AHRCA), Международное партнёрство по правам человека (IPHR) и Норвежский Хельсинкский комитет (NHC) выражают серьёзную обеспокоенность в связи с сообщениями о резком ухудшении состояния здоровья находящегося в заключении каракалпакского юриста, журналиста и правозащитника Даулетмурата Тажимуратова вследствие обращения с ним в местах лишения свободы. По имеющейся информации, администрация учреждения намерена дополнительно изолировать его, что создаёт угрозу его здоровью и безопасности.   Наши организации призывают власти Узбекистана незамедлительно принять меры для защиты его жизни и благополучия.

В видеообращении, опубликованном 8 февраля 2026 года, сестра правозащитника Мария Тажимуратова сообщила, что на протяжении трёх лет содержания в колонии № 11 в Навоийской области он находился в тяжёлых условиях и неоднократно подвергался физическому и психологическому давлению. По её словам, это привело к серьёзному ухудшению его состояния здоровья, включая трудности с приёмом пищи из-за постоянного недомогания после еды, значительную потерю веса (около 25 кг с момента ареста) и общую слабость.

Сообщается также, что его систематически привлекали к работе на предприятии по переработке извести без надлежащих средств защиты, что дополнительно подорвало его здоровье и может рассматриваться как карательный труд. Кроме того, имеются основания полагать, что ему не предоставлялась необходимая медицинская помощь. В своём обращении Мария Тажимуратова призвала власти обеспечить гуманное обращение с братом, заявив: «Мы мечтаем только об одном — чтобы он выжил».

Опасения за состояние здоровья Тажимуратова усиливаются сообщениями о том, что администрация колонии инициировала его перевод на более строгий режим содержания со ссылкой на предполагаемые «систематические» нарушения правил внутреннего распорядка. Такой перевод, вероятно, приведёт к дальнейшему ухудшению условий содержания, включая ещё более ограниченные контакты с семьёй, дополнительные ограничения доступа к медицинской помощи и усиление изоляции в момент, когда его здоровье уже находится под серьёзной угрозой.

Тажимуратов был арестован после событий июля 2022 года в Каракалпакстане, когда власти жёстко подавили массовые протесты против предложенных конституционных поправок, которые лишали регион закреплённого в Конституции статуса. Он выступал против этих поправок и был представлен властями как один из лидеров протестов. В январе 2023 года по итогам несправедливого судебного разбирательства он был приговорён к 16 годам лишения свободы по политически мотивированным обвинениям. Впоследствии Верховный суд оставил приговор без изменений.

Дело Тажимуратова стало предметом серьёзной международной реакции. В ноябре 2024 года Рабочаягруппа ООН по произвольным задержаниям признала его содержание под стражейнарушающим международное право и потребовала его немедленного освобождения.

В январе 2026 годаСпециальный докладчик ООН по положению правозащитников Мэри Лолор повторилаэтот призыв, указав, что спустя более года после принятия мнения Рабочей группы он не только остаётся в заключении, но и появились новые сообщения о пытках и жестоком обращении. Она также отметила, что его жалобы игнорируются, и призвала власти обеспечить его безопасность, незамедлительно расследовать все предполагаемые нарушения и предоставить к нему доступ независимым международным наблюдателям.

Поступают сообщения о давлении на членов семьи Тажимуратова, включая постоянное наблюдение за ними. Его содержание в заключении причиняет семье серьёзный психологический вред, особенно его матери, которая во время свиданий лично видела ухудшение его состояния и признаки жестокого обращения.

Требуются срочные меры

В связи с сообщениями о резком ухудшении здоровья Тажимуратова и риском дальнейшего ужесточения условий его содержания AHRCA, IPHR и NHC призывают власти Узбекистана немедленно принять меры для защиты его жизни и здоровья в соответствии с обязательствами страны по Международному пакту о гражданских и политических правах, Конвенции против пыток и другим международным договорам в области прав человека. Наши организации настаивают на его освобождении, как того требуют механизмы ООН по правам человека.

Пока Тажимуратов остаётся в заключении, власти должны воздержаться от его перевода в более строгие условия содержания, которые усилят его изоляцию и создадут дополнительную угрозу его здоровью, а также:

          — обеспечить незамедлительный независимый медицинский осмотр и необходимую медицинскую помощь, включая при необходимости перевод в специализированное медицинское учреждение;
          — обеспечить безопасные условия труда в соответствии со стандартами охраны труда и предоставить надлежащие средства индивидуальной защиты;
          — гарантировать беспрепятственный доступ к юридической помощи и регулярные контакты с членами семьи;
          — провести оперативное, всестороннее и беспристрастное расследование всех заявлений о пытках и жестоком обращении и привлечь виновных к ответственности;
          — предоставить независимым международным наблюдателям незамедлительный доступ к Тажимуратову в месте его содержания;
          — прекратить наблюдение, запугивание и любые формы преследования членов его семьи.

 

Haut du formulaire

 

Bas du formulaire

 

Сегодня — день рождения Ислам Каримов

 

Он вошёл в историю не как «основатель государства», а как один из наихудших диктаторов современности.

При его правлении в Узбекистане были:
— системные пытки и смерти в тюрьмах;
— полное уничтожение независимых СМИ и оппозиции;
— массовые репрессии против верующих, правозащитников и журналистов;
— расстрел мирных граждан в Андижане в 2005 году и последующее многолетнее отрицание преступления;
— атмосфера страха, доносов и безнаказанности силовиков.

Это зафиксировано не «враждебной пропагандой», а десятилетиями отчётов международных правозащитных организаций, решений международных механизмов и свидетельств тысяч жертв.

Особо важно подчеркнуть:
нынешняя власть так и не дала правовой и политической оценки преступлениям каримовской эпохи.

     Не проведено независимого расследования Андижана.

     Не реабилитированы все жертвы политических репрессий.

     Не названы и не привлечены к ответственности виновные.

     Каримовское наследие не демонтировано — оно во многом продолжает жить в институтах, практиках и культуре безнаказанности.

     Истинное примирение невозможно без правды.

     Истинные реформы невозможны без признания преступлений прошлого.

Память о жертвах требует не молчания — а справедливости.

 

Заявление об удалении YouTube-канала Ассоциации «Права человека в Центральной Азии»

Ассоциация «Права человека в Центральной Азии» (AHRCA) сообщает, что 23 января 2026 года платформа YouTube удалила официальный YouTube-канал нашей организации — AHRCA.ORG — после получения трёх уведомлений о якобы нарушении авторских прав.

Оспариваемые видеоматериалы представляли собой журналистские и правозащитные публикации, включая интервью, цитирование публичных высказываний и аналитические комментарии по вопросам, имеющим значительный общественный интерес. Контент носил некоммерческий характер и использовался исключительно в целях информирования общественности о ситуации с правами человека в странах Центральной Азии, в том числе в целях документирования серьёзных нарушений.

Уведомления о нарушении авторских прав были поданы частными лицами и небольшими аккаунтами, не являющимися признанными правообладателями либо профессиональными медиаструктурами. Уже двое лиц, указанных в качестве заявителей, подтвердили, что не направляли никаких жалоб в отношении нашей организации и не имеют к нам претензий.

В соответствии с действующей процедурой DMCA (Digital Millennium Copyright Act — Закон США об авторском праве в цифровую эпоху) платформа YouTube применяет автоматический механизм удаления контента и каналов после получения трёх жалоб, без предварительной оценки контекста, общественной значимости материалов либо возможных злоупотреблений данным механизмом. Подобная практика, хотя и формально соответствует процедуре, создаёт высокий риск злоупотреблений инструментами авторского права в отношении контента, имеющего правозащитную, журналистскую и общественно значимую направленность.

В результате удаления канала AHRCA.ORG наша организация временно лишилась одного из ключевых инструментов распространения общественно значимой информации. На канале размещались уникальные архивные материалы, включая интервью с правозащитниками и экспертами (в том числе с теми, кто уже ушёл из жизни), а также задокументированные свидетельства о практике пыток и других грубых нарушениях прав человека в странах Центральной Азии. Ограничение доступа к таким материалам наносит ущерб праву общества на получение информации и усилиям по сохранению правозащитной памяти.

В настоящее время Ассоциация «Права человека в Центральной Азии» действует исключительно в правовом поле: поданы официальные встречные уведомления (DMCA counter-notifications), а также направлены обращения в профильные международные организации, занимающиеся защитой свободы слова и независимой журналистики.

Проведённый нами анализ показывает, что удаление канала AHRCA.ORG произошло в период повышенного публичного внимания к передаче «Дочь Мирзиёева рвётся к власти? Как Узбекистан стал игрушкой авторитарной „принцессы]»?», подготовленного  казахстанским проектом digital media в YouTube AIRAN, выпуск которой состоялся 30 декабря 2025 года.  Мы фиксируем данную хронологию как обстоятельство, требующее дополнительного внимания и независимой оценки, не делая преждевременных выводов о прямой причинно-следственной связи.

В целях предупреждения дальнейшего развития практики злоупотребления инструментами авторского права установленной системы YouTube платформой,  Ассоциация «Права человека в Центральной Азии» обратилась к международным экспертам провести всестороннюю и независимую проверку существующей практики злоупотребления процедурой DMCA, которая ведет к удаления YouTube аккаунта по ложным основаниям.

Мы рассматриваем произошедшее как форму транснационального цифрового давления, осуществляемого посредством злоупотребления частными правовыми механизмами и приводящего к непропорциональному ограничению свободы выражения мнений и доступа к общественно значимой информации, что не соответствует международным стандартам в области свободы выражения мнений.

Ассоциация «Права человека в Центральной Азии» будет информировать общественность и международных партнёров о дальнейшем развитии ситуации.

 

 

 

 

Российская Федерация: правозащитник Бахром Хамроев уже полтора года лишён свиданий с супругой

Серьёзную обеспокоенность вызывает состояние здоровья политического заключённого и правозащитника Бахрома Хамроева. Он страдает тяжёлой формой сахарного диабета и ранее перенёс два инсульта, однако ему не обеспечивается необходимая медицинская помощь.

По имеющейся информации, медицинские работники колонии неоднократно выдавали ему лекарственные препараты, не сообщая их наименований и назначения. После их приёма у Бахрома Хамроева возникали тяжёлые побочные реакции — головокружение, потеря чувствительности в ногах и теле. Лишь после отмены этих препаратов указанные симптомы исчезли.

Контекст уголовного преследования

Бахром Хамроев — член Правозащитного центра «Мемориал», признанный политическим заключённым. Он подвергается уголовному преследованию, которое, по мнению правозащитников, связано с его взглядами и правозащитной деятельностью. Его лишение свободы основано на обвинениях в предполагаемой причастности к организации, признанной в России террористической, которые он последовательно отрицает.

Его коллеги и близкие убеждены, что реальной причиной преследования стала его открытая критика произвола правоохранительных органов, в том числе в отношении трудовых мигрантов и лиц, подвергающихся преследованию по религиозным мотивам.

Правозащитная деятельность и давление со стороны властей

Ещё в конце 1980-х — начале 1990-х годов, будучи гражданином Узбекистана, Бахром Хамроев был одним из активистов Народного движения Узбекистана «Бирлик», сыгравшего важную роль в демократических преобразованиях. После подавления движения репрессивной политикой режима Ислама Каримова он, как и многие его соратники, был вынужден эмигрировать и продолжить правозащитную деятельность за пределами страны.

Более двадцати лет Бахром Хамроев проживает в России и находится под постоянным давлением со стороны спецслужб. Его задержание произошло 24 февраля 2022 года — в день начала полномасштабной войны России против Украины.

Факты жестокого и унижающего достоинство обращения

В конце января 2024 года Бахром Хамроев подвергся жестокому избиению. По его словам, одним из основных исполнителей насилия являлся начальник Владимирской тюрьмы. После побоев он потерял сознание; на его теле были зафиксированы многочисленные гематомы. Удары наносились, в том числе, в область почек, вследствие чего мочеиспускание сопровождалось кровью. С тех пор боли в области почек периодически возобновляются.

В течение двух недель после избиения адвокату ограничивали доступ к подзащитному. Когда встреча всё же состоялась, на теле Хамроева сохранялись видимые следы побоев, а также наблюдалась сильная головная боль.

Несмотря на тяжёлое состояние здоровья, его поместили в штрафной изолятор (ШИЗО) на пять суток. Там продолжались обмороки; он упал и ударился головой, впоследствии не сумев вспомнить обстоятельства травмы. Тюремный врач неоднократно обнаруживал его без сознания в камере.

Во время одного из этапов сотрудники учреждения подвергали Бахрома Хамроева тяжёлому психологическому давлению, фактически подталкивая его к самоубийству. В период содержания в ШИЗО во Владимирском централе ему была предложена верёвка с прямым призывом повеситься. Сотрудники цинично задавали вопрос: «Ты ещё жив?»

Кроме того, его намеренно помещали в камеру с опасным рецидивистом-убийцей, что является грубым нарушением как российского законодательства, так и международных стандартов обращения с заключёнными. В одном из случаев его поместили в камеру ШИЗО, где из-за прорыва трубы уровень воды доходил до колена, что носило характер очевидного психологического давления.

Этапирование, изоляция и ограничение контактов

24 марта 2025 года, перед этапированием в колонию в посёлке Харп Ямало-Ненецкого автономного округа, под предлогом медицинского обследования Бахром Хамроев был переведён в медицинское учреждение при ИК-3 города Владимира. В течение трёх месяцев он содержался там в одиночной камере, подвергался ограничениям в пище и воде. За первые два месяца он потерял около 9 килограммов веса. После медицинского вмешательства у него была диагностирована опоясывающая форма герпеса.

Переписка Бахрома Хамроева была полностью заблокирована: письма не доходили до родных и правозащитников, а письма в его адрес не передавались. Жизненно необходимые лекарства, отправленные бандеролью, ему не выдавались. Посещения адвоката были резко ограничены — за три месяца адвокат смогла увидеть его лишь дважды и на короткое время.

7 июня 2025 года Бахром Хамроев был этапирован на Крайний Север. 17 июня 2025 года он прибыл в ФКУ ИК-18 посёлка Харп — колонию особого режима. Информация о его местонахождении отсутствовала более двух месяцев и стала известна лишь в конце августа 2025 года. Только в сентябре 2025 года адвокат смогла попасть к подзащитному, поскольку ранее доступ к информации о его местонахождении был фактически ограничен.

С июня 2025 года Бахром Хамроев отбывает наказание в колонии особого режима, расположенной за Полярным кругом. Первые три месяца его содержали в штрафном изоляторе, затем перевели в помещение камерного типа (ПКТ), где он находится до настоящего времени.

Незаконное лишение свиданий и международные обязательства России

На протяжении уже полутора лет Бахрому Хамроеву незаконно отказывают в свиданиях с супругой. Более двух лет ему не предоставляют право на телефонные звонки. Эти ограничения начались ещё во Владимирском централе и продолжаются по сей день. Посылки с продуктами и лекарствами либо месяцами не принимаются, либо возвращаются отправителю.

Длительное лишение свиданий не может рассматриваться как допустимая мера. Право на поддержание семейных связей является неотъемлемой частью права на уважение частной и семейной жизни и гарантируется нормами международного права, включая:

               ― статью 17 Международного пакта о гражданских и политических правах, закрепляющую право каждого на защиту от произвольного или незаконного вмешательства в его частную и семейную жизнь;

               ― статью 16 Конвенции ООН против пыток, обязывающую государства предотвращать иные жестокие, бесчеловечные или унижающие достоинство виды обращения или наказания;

               ― Минимальные стандартные правила обращения с заключёнными ООН (Правила Нельсона Манделы), в частности правила 58 и 106, предусматривающие право заключённых на поддержание контактов с семьёй и защиту человеческого достоинства.

Такое ограничение носит характер дополнительного наказания, не предусмотренного судебным приговором, и может рассматриваться как жестокое, бесчеловечное или унижающее достоинство обращение. Более того, фактически наказанию подвергается и супруга Бахрома Хамроева, что является недопустимым.

Мы обращаемся к органам и спецдокладчикам Организации Объединённых Наций, а также к международному сообществу, с призывом:

— незамедлительно содействовать обеспечению Бахрому Хамроеву права на свидание с супругой и восстановлению его базовых прав на общение с внешним миром;

— принять срочные гуманитарные меры защиты, направленные на предотвращение дальнейших пыток и жестокого обращения, а также на защиту его жизни и здоровья.

ЕС – Узбекистан: соблюдение прав человека должно стать обязательным условием партнёрства

 

Ассоциация «Права человека в Центральной Азии» (AHRCA), организация Central Asia Due Diligence (CADD), правозащитная группа «Открытая линия» и общественный канал «Мир и политика», созданный независимым журналистом и бывшим узником совести Юсуфом Рузимурадовым, заявляет о необходимости поставить вопросы соблюдения прав человека в центр повестки переговоров во время визита президента Шавката Мирзиёева в Брюссель 24 октября 2025 года, когда планируется подписание Расширенного соглашения о партнёрстве и сотрудничестве (EPCA) между Узбекистаном и Европейским союзом.

Условия для правосудия

Прошло девять лет с тех пор, как Шавкат Мирзиёев, вступив в должность президента Узбекистана, объявил о начале масштабных правовых реформ. Однако судебная система по-прежнему фактически остаётся под контролем президента и зависима от исполнительной власти. Принятые за это время новые законы и поправки в национальное законодательство не изменили реального положения дел: между нормой закона и её применением по-прежнему сохраняется глубокий разрыв. Результаты мониторинга исполнения законодательства, если он проводится вообще, остаются недоступными для общественности.

Наш анализ показывает, что накануне подписания Расширенного соглашения о партнёрстве и сотрудничестве (EPCA) власти Узбекистана продолжают имитировать реформы, не обеспечивая реального верховенства права. Судебная система остаётся инструментом политического давления, а провозглашённые «правовые реформы» не гарантируют защиту прав человека.

Наш мониторинг выявил следующие тенденции:

— широкое распространение практики заочных приговоров и закрытых судебных процессов;

— частое применение грифа «секретно» по уголовным делам, где доказательства вины обвиняемых отсутствуют или вызывают сомнения, или же когда идет суд над высокопоставленными лицами;

— невозможность эффективно обжаловать решения административных судов, особенно если дело касается критиков власти или активистов гражданского общества;

— нередки случаи, когда роль адвокатов в судебных процессах сводится к исполнению формальностей или же на них оказывается давление с целью вынудить их отказаться от эффективной защиты их клиентов;

— обращения граждан через портал президента лишь фиксируются и перенаправляются в органы, на нарушение которых неоднократно указывали граждане, то есть на тех, кто нарушил их права – и это ограничивает доступ к правосудию;

— прокуратура и суды рассматривают жалобы жертв политически мотивированных преследований формально, без реальных проверок;

— у граждан Узбекистана, проживающих за рубежом и обладающих статусом беженца, по-прежнему отсутствуют возможности для восстановления справедливого рассмотрения их дел и фактов их преследования;

— оправдательные приговоры остаются крайне редким явлением;

— даже официально реабилитированные не смогли вернуть конфискованное у них имущество или получить компенсацию;

— пересмотр дел бывших политзаключённых не начался, а лица, причастные к фабрикации обвинений против них и применению пыток, остаются безнаказанными;

— сохраняется практика дискредитации независимых активистов и тотальный контроль со стороны спецслужб, о чём регулярно сообщают правозащитники Татьяна Довлатова, Клара Сахарова, Ольга Абдуллаева, Елена Урлаева, Солмаз Ахмедова, Агзам Тургунов и другие;

— продолжается практика применения карательной психиатрии. В частности, с 2023 года на принудительном лечении содержится юрист, правозащитница и блогер Шахида Саломова, а блогер Валижон Калонов — с декабря 2021 года;

— адвокат и блогер Даулетмурат Тажимуратов подвергается беспрецедентному давлению и пыткам. Он был приговорён к 16 годам лишения свободы за мирное участие в массовых протестах, прошедших в 2022 году в Каракалпакстане. Его гражданская позиция и стремление отстаивать права своего народа по-прежнему рассматриваются в Узбекистане как уголовное преступление;

— отсутствуют условия для легальной деятельности правозащитных организаций, ведущих мониторинг соблюдения гражданских, политических и социальных прав, и это происходит потому, что им отказывают в регистрации их организаций. К примеру, правозащитник Агзам Тургунов более десяти раз подавал документы на регистрацию ННО «Дом прав человека», но Министерство юстиции каждый раз необоснованно отказывает в регистрации его организации;

— партия «Правда и Прогресс» дважды получила отказ в регистрации: официально власти указали на недостаточное число подписей, хотя активисты утверждали обратное. Лидер партии Хидирназар Аллакулов и его соратники подвергаются давлению, включая онлайн-троллинг, слежку, блокирование каналов и отказ в аренде помещений для собраний.

Политически мотивированные преследования продолжаются

Бывшие политзаключённые продолжают жить в Узбекистане в условиях дискриминации и социальной изоляции. Почти все они в период правления Ислама Каримова подвергались пыткам, жестокому обращению и унижению человеческого достоинства. Те, кто публично говорил о пережитом, сообщают о продолжающемся давлении со стороны спецслужб. Это давление распространяется и на членов их семей.

Многие из них до сих пор лишены доступа к материалам своих уголовных дел — из-за истечения 25-летнего срока давности, а также отсутствия средств на оплату адвокатов. Все они испытывают тяжёлые последствия перенесённых пыток и болезней.

Наши выводы подтверждаются результатами мониторинга по делам активистов, чьи имена упоминались в резолюциях Европарламента 2009 и 2014 годов как политических заключённых, но ни у кого из них до сих не сняты обвинения, полученные под пытками или путем принуждения к самооговору. Среди них — бывшие депутаты парламента Самандар Куканов (1945 г.), Рустам Усманов (1948 г.) и Мурад Джураев (1952–2017), члены Общества прав человека Узбекистана Мехринисо Хамдамова (1960 г.), Зульхумор Хамдамова (1969 г.), Гайбулло Джалилов (1964 г.), Зафарджон Рахимов (1968 г.), Юлдаш Расулов (1969 г.); член общества «Эзгулик» Исроилжон Холдоров (1951 г.); члены Правозащитного центра «Мазлум» Агзам Тургунов (1951 г.), Фахриддин Тиллаев (1971 г.), Нураддин Джуманиязов (1948–2016); член Комитета защиты прав личности Ганихон Маматханов (1951 г.); независимый журналист Солиджон Абдурахманов (1950–2025); редактор газеты «Эрк» Мухаммад Бекжанов (1954 г.), корреспондент газеты «Эрк» Юсуф Рузимурадов (1964 г.); сотрудники журнала «Ирмок» Ботирбек Эшкузиев (1978 г.), Бахром Ибрагимов (1977 г.), Даврон Кабилов (1973 г.), Даврон Тоджиев (1981 г.), Равшанбек Вафоев (1971 г.); свидетель андижанских событий 2005 года Дилором Абдукодирова (1966 г.); сотрудник ООН, бывший офицер Министерства обороны Эркин Мусаев (1967 г.).

Злоупотребления в сфере юстиции, свободы и безопасности

За последние три года в розыскных базах появились новые имена граждан Узбекистана, проживающих за рубежом, которые открыто критикуют власть за нарушения прав человека или комментируют случаи репрессий и пыток. Узбекские власти объявляют их в розыск, выдвигая ложные обвинения в тяжких преступлениях.

Такая практика подрывает доверие к правовой системе Узбекистана, поскольку свидетельствует об отсутствии реальных гарантий справедливого суда, независимого мониторинга и механизмов подотчётности. Также эта практика, если на нее не обратить должного влияния, может создать репутационные риски и для Европейского союза.

Возврат к практике принудительного труда

Возобновилась практика принудительного труда во время сезона по сбору хлопку. По прежнему, кампанией по сбору хлопка руководят хокимы районов и областей, которые принудительно мобилизуют учителей и работников государственных органов на эти сезонные работы.

Наши рекомендации Европейскому Союзу

В рамках сотрудничества между ЕС и Узбекистаном мы призываем:

• включить соблюдение прав человека и верховенства права в перечень обязательных условий подписания и имплементации EPCA;

• включить дело Даулетмурата Тажимуратова и других политических заключённых в повестку политического диалога с Узбекистаном;

• условием углубления партнёрства с Узбекистаном сделать освобождение всех лиц, лишённых свободы по политически мотивированным обвинениям;

 Призвать власти Узбекистана:

• прекратить ограничения деятельности правозащитников и обеспечить им безопасные условия для независимого мониторинга;

• снять политически мотивированные препятствия для регистрации правозащитных организаций, в частности, ННО «Дом прав человека» под руководством Агзама Тургунова;

• обеспечить реальные условия для регистрации и деятельности оппозиционных политических партий, гарантирующие свободу объединений и политического плюрализма в соответствии с международными обязательствами Узбекистана в сфере прав человека.

• прекратить слежку, давление и иные формы преследования независимых журналистов, активистов и правозащитников;

• пересмотреть дело адвоката и блогера Даулетмурата Тажимуратова, приговорённого к 16 годам лишения свободы за мирное участие в протестах 2022 года в Каракалпакстане;

• провести независимое, прозрачное и беспристрастное расследование по событиям 1-2 июля 2022г.

• обеспечить соблюдение международных обязательств Узбекистана в области прав человека, включая право на свободу выражения мнения, собраний и защиту от пыток

• прекратить злоупотребления международных механизмов розыска по линии Интерпол, а также СНГ, ШОС, по ложным основаниям;

• обеспечить эффективные национальные механизмы правовой защиты для восстановления прав бывших политзаключённых и граждан Узбекистана, обладающих статусом беженца;

• искоренить практику принудительного труда в хлопковом секторе путем реформирования этого сектора и предоставления фермерам реальных экономических свобод, включая права решать самим, как распоряжаться своей землей.

26 Июня: Международный День в поддержку жертв пыток

“За Решеткой, без Права на Правосудие: Пытки продолжаются в Центральной Азии”

В Международный день ООН в поддержку жертв пыток, мы - представители гражданского общества Центральной Азии и Европы - Коалиции против Пыток в Казахстане и Таджикистане, Ассоциации «Права человека в Центральной Азии» (AHRCA, Узбекистан, в изгнании), Туркменской Инициативы по Правам Человека (TIHR, Туркменистан, в изгнании), Международного Партнерства по Правам Человека (IPHR), Хельсинкского Фонда по Правам Человека (HFHR) и Всемирной организации против пыток (OMCT), - призываем правительства стран Центральной Азии предпринять срочные конкретные меры по искоренению пыток и жестокого обращения.

Несмотря на ряд позитивных законодательных изменений, принятых в последние годы направленных на усиление гарантий защиты, пытки продолжают оставаться системной проблемой в регионе. Лица, находящиеся под стражей, особенно в делах с политически мотивированным характером, подвергаются повышенному риску. Данную тревожную ситуацию усугубляют системная безнаказанность, отсутствие независимого контроля и постоянное давление, оказываемое на жертв и правозащитников, что, фактически, лишает многих пострадавших доступа к правосудию и защите.

Неправительственные организации, работающие против пыток в Центральной Азии, сталкиваются с все большими трудностями, такими как сужающееся гражданское пространство, ослабление независимости судебной системы и серьезные ограничения для СМИ, которые существенно осложняют их деятельность. Во многих странах региона власти продвигают законы об “иностранных агентах” - по примеру принятого в 2024 году в Кыргызстане - которые дискредитируют неправительственные организации как «иностранных агентов» и создают прямую угрозу их существованию. Подобные инициативы ведут к дальнейшему сужению гражданского пространства и подрывают усилия по борьбе с пытками и защите прав человека.

Казахстан

Несмотря на некоторые законодательные улучшения, пытки и жестокое обращение остаются реальностью в Казахстане и часто остаются безнаказанными. Определение пыток в Уголовном кодексе до сих пор не полностью соответствует Конвенции ООН против Пыток, а отсутствие единого и независимого следственного органа продолжает подрывать эффективное привлечение к ответственности. Расследования пыток зачастую фрагментарны, ведутся органами с возможным конфликтом интересов и редко приводят к реальному наказанию. Жертвы сталкиваются с препятствиями при подаче жалоб, а многие дела прекращаются за “отсутствием доказательств” без тщательного рассмотрения. Заключение процессуальных соглашений и сделок со следствием, даже по таким серьезным делам, как пытки, позволяет виновным избежать полноценной ответственности.

Компенсация предоставляется только лицам, официально признанным жертвами, и лишь в случае установления и осуждения виновных.

В 2024 году Коалиция против Пыток в Казахстане получила 347 жалоб на пытки и жестокое обращение, из которых по факту было осуждено лишь четыре человека.

По данным властей, в 2024 году в Едином Реестре досудебных расследований под статьей 146 было зарегистрировано 57 дел о пытках, касающихся 48 лиц, признанных пострадавшими. Это свидетельствует о начале расследований, однако неизвестно, сколько из этих дел дошли до суда. Кроме того, согласно государственной статистике, 45 должностных лиц проходят по делам о пытках в качестве подозреваемых. Однако остается неясным, сколько из них - если вообще кто-либо - были в конечном итоге осуждены. Глубокие системные проблемы и атмосфера безнаказанности продолжают препятствовать усилиям по предотвращению и расследованию пыток в Казахстане.

Превентивные меры остаются недостаточными. Несмотря на то, что Казахстан ратифицировал Факультативный Протокол к Конвенции против Пыток (ФПКПП) и учредил Национальный Превентивный Механизм (НПМ), последний не обладает достаточной независимостью и финансированием, что существенно ограничивает его эффективность. Жалобы задержанных часто игнорируются, а судебно-медицинские экспертизы часто вызывают сомнения в достоверности из-за государственного контроля. Кроме того, положения Стамбульского и Миннесотского протоколов не применяются на практике. Отсутствие достоверных официальных данных и исключение независимых правозащитников из законодательных процессов дополнительно ограничивают возможности контроля и проведения реформ.

Кыргызстан

Как отмечено в совместном отчете OMCT и IPHR для Универсального Периодического Обзора Кыргызстана в октябре 2024 года, власти Кыргызстана предприняли ряд шагов для борьбы с пытками в соответствии с международными обязательствами. Однако основное внимание уделялось разработке стратегий и планов действий, а не проведению конкретных законодательных или практических реформ.

Например, положительным моментом стало принятие в 2024 году Правил медицинской документации случаев насилия, пыток и другого жестокого, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания (Постановление Кабинета Министров Кыргызской Республики № 562 от 13 сентября 2024 года). Этот документ направлен на устранение недостаточного участия ведомственных медицинских служб в применении стандартов Стамбульского протокола и установление единого порядка оформления медицинской документации случаев насилия и жестокого обращения в медицинских учреждениях.

Тем не менее, условия содержания в местах лишения свободы Кыргызстана остаются тяжелыми и могут представлять серьёзную угрозу для жизни заключенных. Пытки остаются широко распространенными, а случаи смертей в заключении происходят регулярно. В 2020 году политический заключённый и правозащитник Азимжан Аскаров скончался в тюрьме после длительного ухудшения здоровья и недостаточного медицинского ухода. Независимого расследования по фактам пыток проведено не было. Расследование обстоятельств смерти Аскарова осуществлялось тюремной службой, тем же органом, который отвечал за его произвольное содержание под стражей в течение десяти лет.

Официальная статистика и исследования, проведенные местными и международными правозащитными организациями, подтверждают широкое применение пыток. Например, одно из исследований, направленных на определение индекса практики пыток, показало, что из 444 участников, находившихся в временных изоляторах Министерства внутренних дел (ИВС) и следственных изоляторах (СИЗО), управляемых Министерством юстиции, более 20 процентов заявили, что подвергались пыткам, физическому насилию или психологическому давлению.

Неполное определение преступления «пыток» в Уголовном кодексе позволяет многим виновным, использующим свое “служебное положение”, избегать ответственности.

Из-за затягивания расследований и судебных разбирательств за последние десять лет ни один чиновник не был осуждён за применение пыток. Более того, некоторые из ранее осужденных за пытки были помилованы.

Власти не обеспечили создание эффективного механизма компенсации вреда, причиненного пытками и жестоким обращением, а жертвы пыток не получают справедливой и адекватной компенсации и реабилитации. Государственные выплаты пострадавшим на основании решений Комитета ООН по Правам Человека крайне редки. Более того, размеры компенсаций часто не соответствуют тяжести нанесенного вреда.

Особую обеспокоенность вызывает тот факт, что в настоящее время парламент Кыргызстана рассматривает новый закон “Об Омбудсмене”. По имеющейся информации, редакция закона, принятая во втором чтении, предусматривает ликвидацию Национального Центра по Предупреждению Пыток (национального превентивного механизма) и передачу его функций офису Омбудсмена. Данный шаг стал бы серьезным препятствием по борьбе с пытками в стране.

Таджикистан

Пытки и жестокое обращение в Таджикистане продолжаются, особенно в полицейских участках и следственных изоляторах. Заключенные обычно воздерживаются от подачи жалоб из-за страха репрессий и возможного ухудшения суровости приговора. Судебные органы, как правило, отклоняют обвинения в пытках, выдвинутые обвиняемыми. Расследования таких заявлений проводятся редко, а в случаях их инициирования они зачастую оказываются неэффективными, что ведет к безнаказанности большинства виновных, за редким исключением. Несмотря на улучшение законодательной базы, регулирующей компенсации морального вреда, на практике суммы компенсаций пострадавшим от пыток значительно сократились, а суды все чаще отказывают в удовлетворении таких исков. Присужденные компенсации, как правило, были несправедливыми и недостаточными.

Несмотря на неоднократные рекомендации ООН, Таджикистан до сих пор не создал независимый механизм расследования пыток, судебно-медицинскую службу и учреждение для реабилитации пострадавших. Преступления по пыткам по прежнему попадают под сроки давности и амнистии, а полная прозрачность, включая статистическую отчетность, по-прежнему отсутствует.

В 2024 году Коалиция против Пыток и Безнаказанности в Таджикистане задокументировала 17 жалоб на пытки и жестокое обращение, включая одну жалобу от женщины, четыре от детей и двенадцать от мужчин.

Несмотря на то, что было возбуждено несколько уголовных дел, общая атмосфера репрессий, особенно в Горно-Бадахшанской автономной области (ГБАО), остается неизменной. По-прежнему вызывает обеспокоенность отсутствие расследований по серьезным обвинениям в злоупотреблениях, совершенных в ходе силовых операций в 2021-2022 годах, включая внесудебные казни и пытки.

Вызывают тревогу условия в местах содержания под стражей, которые  приравниваются к жестокому и бесчеловечному обращению, а в проекте Уголовного кодекса по-прежнему отсутствуют необходимые положения о пробации и альтернативных мерах наказания без лишения свободы, хотя система пробации и альтернативных, не связанных с лишением свободы, наказаний уже создана и является одним из ключевых элементов Стратегии реформирования пенитенциарной системы Таджикистана.

Лауреат премии Фонда Мартина Энналса 2024 года в области защиты прав человека, Манучехр Холикназаров, находящийся в заключении с мая 2022 года по сфабрикованным обвинениям, по-прежнему остается за решеткой, несмотря на опасения за его здоровье и подозрения в применении к нему жестокого обращения. Специальный докладчик ООН по вопросам правозащитников и Рабочая группа ООН по произвольным задержаниям призвали к его немедленному и безусловному освобождению. 

Туркменистан

Учитывая закрытый характер тюремной системы страны, очень трудно получить информацию о проблеме пыток. Тем не менее имеющиеся сведения, в частности сообщения бывших заключенных, свидетельствуют о том, что пытки и жестокое обращение по-прежнему широко распространены в местах содержания под стражей в стране. 

Как было отмечено в недавнем совместном представлении TIHR-IPHR в КПП, несмотря на внесенные в 2022 году изменения в законодательство, ужесточающие запрет пыток в соответствии со статьей 201 Уголовного кодекса, эти меры практически не реализуются на практике. Условия содержания под стражей, особенно в учреждениях строгого режима, таких как Овадан-Депе, остаются негуманными и непрозрачными, при этом регулярно поступают сообщения о перенаселенности  в тюрьмах, отказе в предоставлении медицинской помощи и психологическом насилии. 

В ходе обзора соблюдения Туркменистаном Конвенции против пыток, проведенного в апреле 2025 года, Комитет против пыток (КПП) отметил серьезные проблемы, связанные с применением пыток, условиями содержания и насильственными исчезновениями, в частности, КПП выразил серьезную обеспокоенность по поводу постоянных достоверных сообщений о широко распространенных пытках и жестоком обращении, включая серьезные физические издевательства над задержанными. По имеющимся данным, эти нарушения совершаются как в местах предварительного содержания под стражей - зачастую с целью принудить задержанных к признанию своей вины - так и в тюрьмах. Комитет подверг резкой критике власти Туркменистана за отсутствие расследований и наказания виновных, подчеркнув, что за все время государством не было зарегистрировано ни одного уголовного дела по статье 201 УК, криминализирующей пытки. 

Комитет также выразил обеспокоенность тем, что с момента задержания лицам не всегда обеспечиваются базовые процессуальные гарантии, в том числе доступ к независимым медицинским осмотрам. Отсутствие таких гарантий в сочетании с отсутствием независимого надзора за местами содержания под стражей значительно увеличивает риск жестокого обращения. Опасения перед репрессиями еще больше сдерживают жертв от сообщения о злоупотреблениях: известны случаи, когда пострадавших помещали под стражу без права на связь с внешним миром или подвергали дополнительному насилию после того, как они сообщали о пытках. Независимый мониторинг остается невозможным из-за отказа правительства предоставить доступ, в том числе Международному Комитету Красного Креста. Имеющаяся информация указывает на то, что власти Туркменистана систематически не проводят надлежащих расследований заявлений о пытках, даже в тех редких случаях, когда жертвы или их семьи обращаются с заявлениями. 

Одним из ярких примеров является дело Алламурата Худайрамова, который умер в заключении в Марынской области в ноябре 2023 года, всего через несколько дней после того, как был вызван в правоохранительные органы по обвинению, связанному с наркотиками. Когда его семья забрала его тело, на нем были явные следы пыток - раны и синяки на конечностях и спине - что было зафиксировано на видеозаписи. Несмотря на предполагаемые попытки чиновников заставить семью замолчать с помощью взяток, они подали жалобу в Генеральную прокуратуру. Однако после официального расследования в январе 2024 года власти заявили, что Худайрамов умер от отека мозга, вызванного приемом опиата, а травмы якобы он нанёс себе сам. Уголовное дело возбуждено не было. В ходе обзора Туркменистана Комитетом ООН против пыток (КПП) в апреле 2025 года делегация страны отрицала факт применения пыток, утверждая, что Худайрамов был ранен еще до задержания. Тем не менее КПП выразил серьёзную обеспокоенность обстоятельствами дела, подчеркнув, что погибший принадлежал к этническому меньшинству белуджей.

Узбекистан

Пытки и жестокое обращение с задержанными особенно распространены в ходе уголовных расследований. Несмотря на то что национальное законодательство предусматривает наказание за пытки в виде лишения свободы на срок до 10 лет и формально гарантирует задержанным доступ к адвокату, юридической помощи и механизмам подачи жалоб, на практике эти гарантии часто не соблюдаются. На начальных этапах задержания широко применяется содержание без связи с внешним миром, и продолжают появляться достоверные сообщения о нарушениях.

Хотя общественные мониторинговые группы при омбудсмене недавно начали посещать места содержания под стражей, что является положительным шагом, системные препятствия для привлечения к ответственности по-прежнему существуют. Власти часто препятствуют расследованиям, уничтожают доказательства и используют закрытые судебные процессы для подавления информации о пытках, особенно в политически чувствительных делах. 

Зачастую жертвы воздерживаются от подачи жалоб на пытки или жестокое обращение из-за страха репрессий в отношении себя и своих семей или потому, что не верят в возможность добиться справедливости. Тем не менее, некоторые люди все же решаются выступить. Одним из таких случаев является дело Александра Трофимова, который получил тяжелые травмы, находясь под стражей в Чиланзарском районном отделении милиции в Ташкенте. Однако, несмотря на явные судебно-медицинские доказательства и установление лиц, ответственных за это, прокуратура более четырех лет препятствует возбуждению уголовного дела.

Обвинения в пытках и жестоком обращении, как правило, не расследуются властями эффективно, и безнаказанность является обычным явлением. В ходе судебных процессов судьи часто игнорируют видимые травмы или не принимают во внимание заявления подсудимых и их адвокатов, жалующихся на пытки или жестокое обращение, и не назначают судебно-медицинскую экспертизу. Жалобы на пытки часто не отражаются в судебных протоколах.

Например, Валиджон Рахманов, бывший офицер военной контрразведки, был задержан в феврале 2024 года и позже приговорен к 16 годам лишения свободы за измену после того, как был признан виновным в ходе закрытого судебного разбирательства в Военном суде. По сообщениям, в заключении он подвергался пыткам - его держали в карцере, лишали сна и избивали, а его семье, как утверждается, угрожали, когда она пыталась его навестить. На суде Рахманов назвал имена тех, кто подвергал его насилию, но его заявления о пытках и просьбы его адвокатов о медицинском освидетельствовании были проигнорированы. Его приговор был оставлен в силе в апреле 2025 года. Сообщается, что он разоблачил коррупцию в Службе государственной безопасности и других учреждениях. В апреле Рахманов рассказал своей семье, что ему дают питьевую воду с привкусом миндаля, однако ходатайство адвоката о проведении медицинского обследования суд отклонил. На адвокатов по делу оказывается сильное давление: их лицензии приостановили на четыре месяца после того, как они указали на процессуальные нарушения и недостаточность доказательств, представленных в ходе судебного разбирательства. Всё это создаёт пугающий прецедент для других адвокатов и приводит к тому, что Рахманов остаётся без независимой юридической защиты.

По всей видимости отсутствует политическая воля к созданию независимого механизма расследования жалоб на пытки, хотя это является ключевой рекомендацией договорных органов ООН на протяжении нескольких лет. Подсудимым, приговоренным к лишению свободы на основании доказательств, полученных под принуждением, редко удавалось успешно обжаловать свои приговоры - даже после выхода на свободу. Власти часто отклоняют их заявления, ссылаясь на истечение срока давности. Многие жертвы не смогли получить копии судебных документов или приговоров, что затрудняет их попытки доказать свою невиновность.

Отсутствуют комплексные статистические данные, позволяющие отслеживать жалобы, расследования, судебные преследования, обвинительные приговоры и меры по возмещению ущерба в делах, связанных с обвинениями в пытках и жестоком обращении.

 За последний год авторам данного заявления не стало известно ни об одном деле, возбужденном по статье 235 Уголовного кодекса, которая предусматривает наказание за “применение пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения или наказания”. Дела, связанные с пытками и жестоким обращением, как правило, возбуждаются по другим статьям Уголовного кодекса, таким как “злоупотребление властью, превышение полномочий или бездействие” (статья 301) или “халатность при исполнении служебных обязанностей” (статья 302). Такие дела рассматриваются военными судами в закрытом режиме. Информация по ним имеет гриф “секретно”, а адвокаты, участвующие в таких процессах, как и остальные участники разбирательства, подписывают соглашения о неразглашении.

Наши рекомендации правительствам стран Центральной Азии:

Мы призываем власти Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана, Туркменистана и Узбекистана:

     1) Принять и строго соблюдать политику нулевой терпимости к пыткам и жестокому обращению на всех уровнях правоохранительных органов и мест содержания под стражей; 

     2) Публиковать исчерпывающие и дезагрегированные статистические данные о жалобах, расследованиях и результатах дел, связанных с пытками, чтобы обеспечить возможность разработки эффективной политики на основе фактических данных; 

     3) Создать безопасные, независимые и доступные механизмы подачи жалоб и разрешить независимый мониторинг всех мест содержания под стражей;

      4) Взаимодействовать на прозрачной основе со всеми соответствующими механизмами ООН, в частности с Комитетом против пыток, и обеспечить полное выполнение их рекомендаций на практике;

     5) Обеспечить, чтобы все виновные в пытках и жестоком обращении были привлечены к ответственности в ходе справедливых и беспристрастных судебных процессов, а наказания соответствовали тяжести этих преступлений.

     6) Гарантировать защиту жертв, которые сообщают о пытках, включая полное возмещение ущерба и адекватную компенсацию;

     7) Обеспечить обязательное и постоянное обучение всего персонала правоохранительных органов, служб безопасности и тюрем по вопросам абсолютного запрета пыток при любых обстоятельствах.

Пытки являются серьезным нарушением прав человека, с которым необходимо бороться с помощью срочных мер и подлинной политической воли. Мы солидарны со всеми жертвами пыток и жестокого обращения в Центральной Азии и призываем правительства стран региона принять решительные меры для прекращения безнаказанности, защиты человеческого достоинства и обеспечения справедливости.