"Узбеки пытали меня"

Перевод текста статьи с английского на русский осуществлен 

Ассоциацией "Права человека в Центральной Азии"

Британию обвинили в том, что она бросила на произвол судьбы сотрудника МИД Великобритании, который утверждает, что узбекские власти пытали его и обвинили в шпионаже в пользу Лондона.

Каюм Ортиков, 44 года, женат, отец 4 детей, работал на британское правительство в качестве охранника, оказался в тюремном подвале после ареста по обвинению в "торговле людьми". Оказалось, его "преступление" заключалось в том, что он хлопотал за родственников, помогая им получить визы для работы в России.

Г-н Ортиков утверждает, что его отказ от роли информатора секретной полиции Узбекистана привели к пыткам, в ходе которых его обвинили в шпионаже в пользу британцев.

Он говорит, что в течение нескольких месяцев после ареста в декабре 2008 года его подвешивали к потолку и избивали, оставляли раздетым догола в холодной комнате, обжигали половые органы горящей газетой. Он был в тюрьме два года, в течение которых, как он говорит, ни один из британских чиновников не посетил его.

Он сообщил: "Военная разведка и СНБ очень старались заставить работников британского посольства работать на них в качестве шпионов... Я сказал, что этим заниматься не буду". Он помнит, как ему сказали, что он "заплатит" за свой отказ.

В октябре 2009 года, его жена Мохира, 40 лет, наконец получила разрешение посетить его. Она была в шоке, с трудом узнав в бледной оболочке человека, который был ее мужем. Она обращалась к правозащитникам. Она утверждает, что лишь после этого сотрудники британского посольства согласились встретиться с ней - год спустя после ареста ее мужа. "Они очень тепло отнеслись ко мне и, казалось, искренне хотели мне помочь, но после этого от них не было ни слуху, ни духу полтора года", - говорит она.

В 2011 газета “The Independent on Sunday” взяла интервью у жены г-на Ортикова в Узбекистане. Спустя несколько недель, в мае, узбекские власти отпустили ее мужа. В прошлом году семья смогла убежать из Узбекистана и живет в трехкомнатной квартире в Украине. Их делом занимается агентство ООН по работе в беженцами - УВКБ.

Боязнь за безопасность семьи и опасения, что публичные высказывания могут помешать его переезду в Великобританию заставляли г-на Ортикова молчать до сих пор.

"Я не был британским шпионом - они должны были подтвердить это узбекскому правительству. Почему они так долго ждали? Почему они так долго молчали?".

Он обвиняет чиновников посольства в том, что в его случае они умыли руки. "Они не хотели портить отношения с узбекским правительством из-за меня и моего дела. 2 февраля [2009] они по почте прислали письмо на мой домашний адрес, информируя мою семью и меня о том, что я более не являюсь их работником, и думаю, что после этого им просто было все равно, что происходило со мной. Они меня выбросили".

Автократическая республика, граничащая с Афганистаном и считающаяся с глазах Запада оплотом борьбы с исламским экстремизмом, имеет транспортную ценность, но состояние прав человека делает ее неудобным союзником. Она была осуждена после того, как в 2005 году правительственные силы убили сотни протестующих - в основном безоружных.

Крэйг Мюррей, бывший британский посол в Узбекистане, описал обращение МИДа с Ортиковым как "совершенно ужасающее" и обвинил Правительство в том, что оно "игнорирует и смотрит сквозь пальцы" на нарушения прав человека в Узбекистане, стране, на которую оно опирается с целью вывезти из Афганистана военное оборудование стоимостью в миллиарды фунтов. Представитель МИД утверждала, что сотрудники посольства "неоднократно вступались" за бывшего охранника.

Сейчас Ортиковы прямо обращаются к премьер-министру Дэвиду Кэмерону за разрешением на приезд их семьи в Великобританию. В письме, опубликованном в “The Independent on Sunday”, жена г-на Ортикова описывает "унижения и бесчеловечное обращение", которые перенес ее муж, но семья еще не получила ответа на свое письмо.

В своем заявлении представитель Даунинг-стрит, 10, сказала: "Мы глубоко озабочены сообщением о том, что Каюм Ортиков подвергался пыткам, находясь в заключении. Британское посольство в Ташкенте неоднократно обращалось к узбекским властям, заступаясь за г-на Ортикова. Сотрудники посольства поддерживали связь с его семьей, пока он был в заключении и после освобождения, и впоследствии с г-ном Ортиковым".

В заявлении узбекского посольства в Лондоне говорится: "Г-н Ортиков был арестован на основании уголовного обвинения в торговле людьми. Попытки представить его как "жертву пыток" и попытка соотнести это дело с политическими вопросами - еще один пример использования британской иммиграционной системы для получения статуса "политического беженца" и в дальнейшем получения пособий, которые платят за счет британских налогоплательщиков".

«Human Rights Watch» расследовала дело и утверждает, что история г-на Ортикова внушает доверие и соответствует существующей в Узбекистане практике пыток. По словам Стива Свердлоу, представителя организации по Центральной Азии, к людям, связанным с западными посольствами, "относятся как к саботажникам, шпионам и врагам государства".

Говорит сотрудник «Human Rights Watch», изучающий дела

Стив Свердлоу, представитель «Human Rights Watch» по Центральной Азии

Я ясно помню день, когда три года назад впервые встретился с Мохирой. Она терпеливо ждала несколько часов, чтобы поговорить со мной в доме активиста-правозащитника на окраине Ташкента, столицы Узбекистана. Я находился там для проведения опроса родственников жертв выток - явления, которое было определено органами ООН как "систематическое" и "широко распространенное" в этой центральноазиатской стране.

Наша встреча могла вообще не состояться. Утром, когда мы должны были встретиться, агенты пресловутых служб безопасности, известных как СНБ, позвонили активисту-правозащитнику прямо перед моим приездом, угрожая некими последствиями, если будет организована встреча с «Human Rights Watch». Когда активист позвонил, чтобы сказать мне, чтобы я не приходил, я сразу понял, что произошло.

Спустя несколько дней мы вновь попытались встретиться. Мы были очень осторожны и избегали телефонных разговоров. Я три раза менял такси пока доехал до дома активиста, чтобы избежать слежки. Ко времени моего приезда восемь семей ждали меня, чтобы рассказать свои истории. Мохира была предпоследней.

Тихим, но твердым голосом Мохира рассказала об ужасах, пережитых ее семьей, ее мужем Каюмом, охранником британского посольства с 2004 до 2008 года, который был арестован по ложному обвинению и обвинен в шпионаже в пользу Британского правительства. СНБ держала его в тюремной камере 9 месяцев, подвергая зверским пыткам.

Британское правительство оставалось безмолвным в течение всего этого мучительного периода, - сказала она, - поскольку военное сотрудничество с авторитарным президентом Узбекистана Исламом Каримовым углублялось по причине геостратегической важности страны как транзитного пути в Афганистан. В то время как муж Мохиры подвергался зверским избиениям и гнил в застенках СНБ, - сказала она, - британские дипломаты даже не попытались навестить его.

Но то, что делало встречу с Мохирой и остальными семью семьями необычной, было не описание бесчеловечного обращения. Необычной была их решимость говорить об этом, хотя они полностью осознавали, что СНБ могла прослушать – и, вероятно, прослушивала – каждое сказанное ими слово. То, что сделала Мохира и другие, было незаурядным событием в стране, которая в 2005 году стала свидетелем зверской бойни, в которой правительственные силы расстреляли сотни практически безоружных людей, это была редкая смелость для общества, в котором все формы несогласия немедленно уничтожаются и десятки гражданских активистов, которые посмели высказаться, томятся за решеткой.

Действительно, это была решимость Мохиры говорить – импульс, сидящий глубоко в каждом правозащитнике, который имеет решающее значение и который привел к освобождению ее мужа год спустя.

Но британское правительство вместе с правительствами США и Европейского Союза продолжают проводить политику молчания в то время, как ситуация в Узбекистане постоянно ухудшается. Вместо того, чтобы публично обсуждать ответственность, включая потенциальное применение санкций в отношении узбекских чиновников, которые замешаны в пытках и других нарушениях прав человека, Лондон предпочитает искать соглашательский тон, поднимая вопрос о нарушениях прав человека лишь в ежеквартальных докладах парламенту и в частных беседах с президентом, который со временем становится только наглее, оставаясь у власти в течение 23 лет.

Два месяца тому назад узбекское правительство смогло вмешаться в деятельность Международного Комитета Красного Креста (МККК) до такой степени, что он был вынужден прекратить посещение тюрем. Генеральный директор МККК сказал, что посещение тюрем на условиях, выдвинутых узбекским правительством, стало бессмысленным. Таким образом, правительство избавилось от последнего действительно независимого наблюдателя, который наблюдал за тем, как в стране обращаются с заключенными, чтобы они не могли свидетельствовать о продолжающихся пытках.

Лондон, Вашингтон, Брюссель и другие ключевые игроки могли бы одолжить смелости у Мохиры в своей политике в отношении Узбекистана. Они должны найти в себе храбрость, чтобы, как она, говорить об этом открыто и констатировать, что отсутствие наглядных доказательств прогресса в таких вопросах, как прекращение практики пыток, проводимой узбекскими чиновниками, влечет к настоящим политическим последствиям.

Смелость Мохиры должна вдохновить нас всех на действие. В конце концов, Мохира сделала шаг вперед, почему не можем этого сделать мы?

JONATHAN OWEN, JAMES HANNING   

30 JUNE 2013

Великобритания: письмо Мохиры Ортиковой Премьер-министру Дэвиду Камерону

Перевод текста письма с английского на русский осуществлен 

Ассоциацией "Права человека в Центральной Азии"

Достопочтенному Дэвиду Камерону, Премьер-министру Великобритании

Дэвид Кэмерон
75-й Премьер-министр Великобритании

Уважаемый г-н Премьер-министр,

мой муж Каюм Саидович Ортиков работал охранником в британском посольстве в Ташкенте до 25 декабря 2008 года, когда был посажен в тюрьму узбекскими властями. Когда прокуроры предъявили ему обвинение, и позднее суд приговорил его к шести годам лишения свободы в узбекской тюрьме по ложному обвинению в «торговле людьми», я подумала, что это недоразумение и что справедливость восторжествует. В конце концов, как может невиновный человек быть приговорен к шести годам тюрьмы? Как это вообще могло случиться?

Однако, к нашему огромному несчастью, ложный судебный приговор был лишь началом беззакония, унижений и бесчеловечного обращения, которые перенес мой муж. Через четыре месяца после того, как его посадили в тюрьму, я узнала, что власти пытали его, чтобы он «признался», что шпионил в интересах Великобритании, и чтобы получить у него какие-либо сведения для шантажа остальных сотрудников британского посольства и Великобритании в целом. Они также хотели, чтобы мой муж «признался», что Великобритания помогла организовать и спонсировала резню в Андижане в мае 2005 года.

В течение 9 месяцев его держали в подвале Ташкентской тюрьмы, не разрешали видеться с семьей и подвергали самым жестоким пыткам. Моего мужа привязывали за руки так, чтобы тело его свисало с потолка камеры. Его раздевали догола, затем били по всему телу, плоскими деревянными палками ему наносили удары по гениталиям, что вызывало страшные отеки и черные и синие кровоподтеки. Затем его перевели в камеру № 429, где тюремные охранники привязывали один конец веревки к его шее, а другой конец - к гениталиям и вновь подвешивали к потолку. Позже он рассказал мне, что его били по гениталиям резиновым ботинком. Он терял сознание, когда он терял сознание, они сбрасывали его на холодный земляной пол тюремной камеры, где он лежал без движения.

После того, как он приходил в себя, он видел «лохмачей» – сокамерников, которые по поручению властей пытали его. Они подходили к мужу, садились на него, прикладывали горящие сигареты к его обнаженному телу. Однажды тюремщик, старший лейтенант, приказал надеть на моего мужа наручники - на руки и на ноги, заткнул ему рот кляпом и приказал ему присесть на корточки. Он приказал двум лакеям (лизоблюдам) из камеры раздвинуть и держать ноги моего мужа. Затем он свернул газету, сложил ее в трубу и дал ее одному из сокамерников моего мужа, который поджег газету и приставил ее к гениталиям мужа. Мой муж потерял сознание от невыносимой боли, и его оставили лежать на холодном полу камеры на несколько дней.

Через несколько дней, как позже мой муж рассказывал мне из тюрьмы, куда его впоследствии перевели, его раны начали гноиться, и от них шел смрадный запах. Когда тюремным докторам разрешили осмотреть его, они сказали, что он получил ожоги гениталий и заднего прохода второй степени. Не в состоянии далее выносить агонию пыток, мой муж пытался перекусить себе вены зубами. Позднее, вновь будучи в состоянии крайнего отчаяния, он лезвием порезал себе голову и шею.

Через девять месяцев я наконец получила возможность увидеть своего мужа - после того, как его перевели в тюремную колонию 64/29 города Навои. Когда я наконец увидела его, я не узнала своего собственного мужа. Он превратился в скелет, обтянутый кожей. Хуже того, я увидела человека морально сломленного, практически мертвого. Он ни во что не верил и ни на что не надеялся.

14 мая 2009 года я пришла к британскому послу в Ташкенте, Иану Келли, прося его о помощи в освобождении моего мужа, невиновного человека, бывшего работника правительства Великобритании. Но от него не последовало никакой реакции на мои просьбы. В декабре 2009 года, после того, как я опубликовала информацию о пытках моего мужа, сообщив о них местной правозащитной организации, меня пригласили в посольство для короткой встречи с новым послом Рупертом Джоем, политическим сотрудником Ричардом Пайком и пресс-секретарем посольства Леонидом Кудрявцевым. Посол сказал, что у них было «несколько возможностей» помощи г-ну Ортикову, но никаких серьезных шагов для освобождения моего мужа предпринято не было, и ни один сотрудник посольства или британского министерства иностранных дел не посетил моего мужа за время пыток в тюрьме и во время пребывания в тюрьме.

Два года я боролась с крайним произволом узбекского руководства. Благодаря усилиям «Хьюман райтс вотч» и международным СМИ 4 мая 2011 года мой муж Каюм Ортиков был в конце концов освобожден из тюрьмы. В процессе всего этого он полностью потерял здоровье. 

Словами невозможно передать ужасы, которые наша семья испытала за эти годы.

Для нашей безопасности и в поисках спокойной, нормальной жизни мы вынуждены были бежать из Узбекистана и с ноября месяца находимся за его пределами.

В апреле 2013 года УВКБ ООН предоставило нам статус беженцев. Наша финансовая ситуация довольно тяжелая. Мы еле сводим концы с концами, даже у наших детей налицо признаки стресса. Чтобы как-то выжить, мы вынуждены всех просить о помощи.

Мы обращаемся к вам за помощью. Пожалуйста, посодействуйте нашему переселению в Великобританию, где мы смогли бы жить спокойно и начать приходить в себя после кошмара, перенесенного в результате действий узбекских властей.

Спасибо Вам за внимание.

С уважением,

Мохира Ортикова

30 JUNE 2013

Кризис на Радио «Свобода» ведет к ограничению свободы слова в Центральной Азии

Исполняющему обязанности Президента Radio Free Europe/Radio Liberty

господину Кевину Клоузу

Господин Кевин Клоуз,

мы обеспокоены ситуацией в службах Радио «Свобода», которые вещают на страны Центральной Азии. В материалах казахской и туркменской служб RFE/RL дублируется информация правительственной прессы. Вдвое сократилось время вещания на коротких волнах на Узбекистан, нарушаются трудовые права корреспондентов казахской и таджикской служб RFE/RL.

Радио «Свобода» (RFE/RL) — это СМИ, которое призвано быть главным проводником демократических ценностей. Но случаи ущемления прав своих сотрудников и отход от международных стандартов свободы СМИ, которые наблюдаются в деятельности некоторых служб Радио «Свобода, вызывают озабоченности журналистского и правозащитного сообщества Центральной Азии.

В начале мая 2013 года был арестован корреспондент RFE/RL в Туркменистане Ровшан Язмухамедов. Как ни странно, вначале руководство туркменской редакции замалчивало факт его ареста. Только через четыре дня, благодаря настойчивости сотрудников, напомнивших директору туркменской службы М.Тахиру о смерти журналистки Мурадовой, последний решился открыто заявить о том, что Язмухамедов арестован.

Наступление на права журналистов происходит и в Таджикистане: таджикскому корреспонденту RFE/RL Абдукаюму Каюмзоду недавно было отказано в аккредитации. Каюмзод 12 лет работал на RFE/RL и имел бессрочный контракт с таджикской службой; заботиться об аккредитации сотрудника обязан работодатель. Но руководство таджикской службы радио в одностороннем порядке расторгло трудовой контракт с Каюмзодом, оставив его на произвол судьбы. Корреспондент обратился в суд за защитой трудовых и профессиональных прав. Это не первый случай: в 2012 году Гульнора Равшан, корреспондент узбекской службы RFE/RL по Таджикистану, из-за отказа в аккредитации и угроз была вынуждена была покинуть страну со своими несовершеннолетними детьми, но руководство соответствующей службы радио не защите прав своего корреспондента. Так как руководство таджикской службы RFE/RL систематически нарушает трудовые права журналистов, шесть медийных организаций и одна политическая партия Таджикистана решили воздержаться от сотрудничества с таджикской службой RFE/RL. Бойкот продолжится до тех пор, пока суд не решит вопрос о восстановлении на работе Абдукаюма Каюмзода.

Анализ материалов казахской службы RFE/RL показывает, что кризис в этой редакции  достиг кульминации. С 2008 года она стала вещать преимущественно через Интернет, а теперь эфирное вещание вовсе прекратилось. Инициаторы реформы совершенно не учли то, что в отдаленных районах Казахстана и других стран Центральной Азии нет доступа к Интернету, а порой и электричества. Услуги Интернета недоступны многим, даже в городах.

Материалы казахской редакции не всегда точно отражают обстановку в Казахстане, они не касаются острых политических тем и практически дублируют государственную прессу.

Казахская служба RFE/RL активно сотрудничала с НПО WikiBilim в Астане — организацией, которая за государственный счет ведет казахоязычный раздел Википедии. Это выглядит как циничная политическая реклама авторитарных властей Казахстана. Сотрудничество с НПО WikiBilim в Астане началось сразу после расстрела мирной демонстрации в Жанаозене (Западный Казахстан) в декабре 2011 года. Казахская служба RFE/RL публикует угодные властям материалы, затем казахоязычная Википедия использует их как "достоверные источники".

Казахская редакция систематически замалчивает неудобную для властей Казахстана информацию. Так, она проигнорировала попытку похищения сотрудниками Комитета национальной безопасности Казахстана эмигранта Айнура Курманова на акции протеста в Москве в декабре 2012 года. Зато казахская служба RFE/RL широко освещает официальные правительственные мероприятия и создает положительный образ Нурсултана Назарбаева и его авторитарного режима.

Одновременно подвергаются дискредитации лидеры оппозиции Казахстана. Пример — недавнее интервью с общественным деятелем Булатом Атабаевым («Страх победил смехом» от 3 марта 2013 года) и Карлыгаш Жакияновой («Карлыгаш Жакиянова. Интервью из Бостона» от 6 мая 2013 года).

С 2010 года на сайте казахской службы опубликовано множество материалов, пропагандирующих казахский радикальный национализм и даже шовинизм, открыто оскорбляющих русских, узбеков, уйгуров и китайцев. Например, в заметке «Өзбекстанда қамалған қазақ сотталып кетті» (в переводе на русский язык - «Арестованный в Узбекистане казах осужден») Узбекистан представлен страной, где казахов сажают в тюрьму за то, что они казахи. Фотоиллюстрация не соответствует тексту. Комментарии читателей к этому материалу содержат откровенные оскорбления в адрес узбеков, хотя модератор не должен был этого допускать. Таким образом, редакторы злоупотребляют доверием американского руководства, которое физически не успевает просматривать содержимое сайта.

И это еще не все. Сайт "Новая Свобода" указывает: "Обещания Президента корпорации Радио Свобода Стива Корна завоевать новую аудиторию обернулись гримасами похабной, пошлой, расистской, бульварной прессы. С августа 2012 года на интернет-странице сайта казахской радио службы «Свободы» идет новый видео-проект. На первый взгляд, он выглядит как сатирический обзор неуклюжих любительских видеозаписей или неудачных профессиональных видеоклипов, но на самом деле это издевательство над читателями вебсайта и моралью. Исполнители этого видео-проекта, молодые казахские актеры Нурмахан Муханулы, Нуржан Еркинулы, Абил Есентай, Махамбет Бейбитшилик, основывают свое творчество на пошлости, расизме, гомофобии, пропаганде грязного секса, низкопробной бульварщине".

Господин Кевин Клоуз,

процессы, происходящие на Радио «Свобода» (RFE/RL), затрагивают интересы всех слушателей радио: и одинокой матери узника, и студента, и корреспондента вашего радио, работающего на местах в стране.

В последнее время фундаментальные права граждан в Центральной Азии ущемляются под предлогом "обеспечения глобальной безопасности". Но эта действительно важная проблема прямо связана с правами и свободами человека.

Для аудитории Радио «Свобода» (RFE/RL) доступ к достоверной информации критически важен для того, чтобы она сохраняла доверие к западной, в частности американской, демократии.

Поэтому убедительно просим Вас:

            - создать независимую комиссию для изучения положения на казахской, таджикской, туркменской и узбекской службах Радио «Свобода» и объективной оценки степени соблюдения там принципов свободы информации, профессионального права, журналистской этики, устава RFE/RL. Надо выявить на сайтах этих служб RFE/RL материалы, не соответствующие вышеуказанным критериям, для чего необходимо привлечь экспертов, знающих соответствующие языки;

– провести объективное расследование и выяснить, почему проигнорированы многочисленные жалобы сотрудников казахской службы RFE/RL на действия ее директора Едиге Магауина и его заместителя Галыма Бокаша, направленные в том числе бывшему президенту RFE/RL Стивену Корну, в BBG и в специальную постоянно действующую ревизорскую службу Госдепартамента;

– обеспечить трудовые права сотрудников RFE/RL и пересмотреть решения об избирательном увольнении ряда корреспондентов (казахская служба: Саида Калкулова, Назира Даримбет, Сагат Батырхан, Укуляй Бестай, Султанхан Жуссип; таджикская служба: Абдукаюм Каюмзод; туркменская служба: Назар Худайберды, Джахан, Гуванч Гере, Огулжамал Язлиева, Мурат Нургелды);

– обратить внимание на то, что казахская и туркменская службы RFE/RL нередко дублируют сомнительную информацию из официальных источников.

С уважением,

Надежда Атаева, президент Ассоциации "Права человека в Центральной Азии", Франция;

Вячеслав Мамедов, председатель НПО «Демократический Гражданский Союз Туркменистана»;

Нуриддин Каршибоев, председатель Национальной ассоциации независимых СМИ Таджикистана (НАНСМИТ), Таджикистан;

Людмила Козловская, президент Фонда «Открытый Диалог», Польша;

Ариф Юнус, кандидат исторических наук, руководитель департамента конфликтологии и миграции Института мира и демократии, эксперт Международной сети этнологического мониторинга и раннего предупреждения конфликтов, а также Независимого исследовательского совета по миграции стран СНГ и Балтии, эксперт Ассоциации "Права человека в Центральной Азии";

Сергей Игнатьев, представитель Ассоциации "Права человека в Центральной Азии" в США;

Дмитрий Беломестнов, представитель Ассоциации «Права человека в Центральной Азии» в России;

Динара Хакимова, представитель Ассоциации "Права человека в Центральной Азии" в Швеции;

Алишер Абидов, представитель Ассоциации "Права человека в Центральной Азии" в Норвегии;

Лейла Юнусова, директор Института мира и демократии в Азербайджане, лауреат  международной премии имени Теодора Хэкера «За политическое мужество и честность».

  

Узбекистан: на папке с делом политзаключенного Мурада Джураева красная полоса

Начальник колонии 64/1 в Чирчике неоднократно заявлял, что заключенный Мурад Джураев находится под особым контролем: на папке с его делом красная полоса. Он осужден в пятый раз. Тяжелобольного политзаключенного заставляют выполнять непосильный труд.

Мурад Джураев
1994г

Мурад Джураев родился в 1952 году в городе Мубареке Кашкадарьинской области. По национальности туркмен. Женат, имеет троих детей. Окончил Ташкентский политехнический институт. В 1989-1992 годах работал председателем исполнительного комитета городского совета города Мубарека. В 1991-1992 годах был депутатом парламента Узбекистана.

Его обвинили в "преступном сговоре" с лидером оппозиционной политической партии «Эрк» Мухаммадом Салихом. Как утверждало обвинение, Салих и Джураев хотели организовать насильственный захват власти.

С 18 сентября 1994 года Мурад Джураев находится в заключении. Он был осужден к лишению свободы пять раз подряд. В первый раз Джураев был приговорен к 12 годам заключения, но по амнистии срок был снижен до 9 лет. В дальнейшем акт амнистии к нему ни разу применен не был. Следующие три срока по статье 221 Уголовного кодекса Узбекистана (Неповиновение законным требованиям администрации учреждения по исполнению наказания) в общей сложности также составили 9 лет. 4 декабря 2012 года его приговорили к 3 годам и 24 дням заключения - тоже по статье 221 УК РУз.

Все предложения обратиться за помилованием к Исламу Каримову Мурад Джураев до сих пор отклоняет. 

*   *   *

Недавно Холбика Джураева, супруга Мурада Джураева, смогла получить длительное свидание с ним. Она находилась на этом свидании 25-26 апреля 2013 года. Холбика Джураева увидела мужа истощенным как никогда. У него наблюдаются гнойные выделения из носоглотки. Из-за отсутствия зубов процесс принятия пищи затруднен, после еды сильно болит живот. По словам врачей, его желудок не в порядке. У Джураева постоянно болит голова. Последние два месяца у него немеет правая рука. Он сказал об этом врачу, когда находился в Таштюрьме, до этапирования в зону 64/1, где теперь отбывает наказание. Тогда врач осмотрел Мурада Джураева и сказал, что его должен обследовать узкий специалист, но накануне этапирования это невозможно сделать.

Каждый день Мурад Джураев работает, носит кирпичи. Физическая нагрузка вызвала боль в пояснице, правая рука действует все хуже, она почти не двигается. На фоне такого состояния здоровья на него постоянно оказывается моральное давление. Начальник колонии 64/1 в Чирчике несколько раз объявил Мурада Джураева "особым" заключенным, на папке с его делом красная полоса. Такая пометка означает, что он "злостный нарушитель законов Узбекистана". Поэтому остальные заключенные, особенно те, кто рассчитывает на амнистию или помилование, опасаются общаться с ним.

28 ноября 2012 года в Ташкенте побывала Верховный предствитель Европейского союза по внешней политике и безопасности Кэтрин Эштон. Во время встречи с правозащитниками она интересовалась положением Мурада Джураева, Мамадали Махмудова, Исроила Холдарова и других политзаключенных: некоторым из них грозило продление срока лишения свободы по статье 221 УК РУз, некоторые уже были осуждены. Она обещала следить за их судьбой и делать все возможное для их освобождения. В последнее время интересуется судьбой этих политзаключенных и правительство США. Первым из этого списка был выпущен на свободу Мамадали Махмудов. И это вселяет надежду на освобождение остальных.

Ранее мы писали:
- Пресс-релиз «Узбекистан: отклонена апелляция на приговор по делу Мурада Джураева» от 5 января 2013 года;
- Пресс-релиз «Узбекистан: Мураду Джураеву назначен еще один срок заключения - три года 24 дня» от 16 декабря 2012 года;
- Пресс-релиз «Узбекистан: Свободу политическим заключенным в День Конституции. Годовщина должна стать поводом для проведения реальных реформ» от 7 декабря 2012 года;
- Пресс-релиз «Узбекистан: тяжелобольного политзаключенного Мурада Джураева снова поместили в изолятор» от 14 октября 2012 года;
- Пресс-релиз «Четыре месяца не удается узнать о местонахождении политзаключенного Мурада Джураева» от 17 сентября 2009 года.

Узбекистан: родным не выдают тело умершего заключенного

4 апреля 2013 года в колонии 64/51 в Кашкадарьинской области, вблизи города Касана, умер заключенный Хамидуллох Омонов. Родным Омонова сообщили о том, что он скончался и был захоронен. Тело умершего им выдать отказались.

11 апреля 2013 года родные Хамидуллоха Омонова получили из колонии телеграмму о том, что он умер от острой сердечной недостаточности и был захоронен на Касанском кладбище в Кашкадарьинской области Узбекистана.

• Содержание телеграммы (орфография сохранена):

"г.Карши 221/446 70 11/04 16:10

Республика Киргизстан г.Ош улица Муминова дом 68 Омонова Мухаббат

            Ваш муж Омонов Хамидуллох Инатзинович 04.04.2013 году скончался от острой сердечной недостаточности. На ваш адрес 04.04.2013 года была отправлена телеграмма но ответа не было после этого по установленому правилами порядка захоронили на касанском кладбище

            Наш адрес: Кашкадарьинская область г. Касан 5 микрорайон учреждение УЯ 64/51 телефон: 9998955066451

     8-375-599-18-00".

Начальник учреждения УЯ 64/51 подполковник                                    З.П. Равшанов.

Копия телеграммы, которую получили родные 11 апреля 2013 года

Хамидуллох Омонов

Хамидуллох Инатзинович Омонов родился 5 апреля 1963 года в городе Оше, Киргизская ССР. Гражданин Кыргызстана, этнический узбек. Женат, имеет 4 детей. До ареста работал мастером по ремонту автомобилей.

Привлек внимание правоохранительных органов как член партии "Хизб ут-Тахрир". Принадлежность к этой организации он не скрывал.

Омонова арестовали в 1999 году в городе Ходжаабаде Андижанской области. Провокатор от узбекских спецслужб под предлогом выгодного заказа по ремонту автомобилей заманил Омонова в Узбекистан, где его арестовали. В дальнейшем Омонова приговорили к длительному заключению по статье 159 Уголовного кодекса Узбекистана (посягательство на конституционный строй Узбекистана).

С 2007 года ему четыре раза добавляли сроки лишения свободы по статье 221 Уголовного кодекса Узбекистана (неповиновение законным требованиям администрации учреждения по исполнению наказания).

• Состояние здоровья

Согласно многочисленным свидетельствам, Хамидуллох Инатзинович Омонов был здоровым человеком. Он лишь однажды признался, что теряет зрение. Омонов не жаловался на сердечные приступы или физическую слабость. Накануне смерти он звонил домой в г. Ош и на здоровье не жаловался, поэтому официальное сообщение о причине смерти вызывает серьезные сомнения.

Омонов пользовался большим уважением в родных краях и среди заключенных. Его неоднократно подвергали пыткам и жестокому обращению. Из достоверного источника стало известно, что чаще всего к нему придирался начальник колонии 64/51 подполковник З.Равшанов, он же отправил телеграмму родным с сообщением о смерти Хамидуллоха Омонова.

• Практика пыток

Обычно накануне свидания с женой его под самыми разными предлогами помещали в штрафной изолятор. Перед этим ему завязывали тканью глаза, затем демонстративно вели в охраняемый вооруженными сотрудниками администрации изолятор для особо опасных преступников. Подполковник З.П. Равшанов один из тех, кто принуждал Омонова закурить или обратиться к Исламу Каримову за помилованием.

колония 64/51

В ответ на отказ ему наносили удары по всему телу, словесно оскорбляли и унижали человеческое достоинство заключенного. При этом Омонов всегда оставался выдержанным и не отступал от принципов ислама, запрещающих употребление табака. Это очень раздражало сотрудников администрации и все больше вызывало поддержку среди заключенных. В связи с этим его часто этапировали в другие колонии. 

Некоторое время Омонов находился в колонии «Жаслык» в Каракалпакстане. Эта зона стала символом государственного произвола. В ней содержатся в основном узники, обвиненные в членстве в запрещенных организациях, критике режима или причастности к терроризму. Согласно наблюдениям Ассоциации «Права человека в Центральной Азии», фактически этих людей массово преследуют за убеждения.

Жена Хамидуллоха Омонова отказывается давать интервью, потому что узбекские власти ей пригрозили расправой, если она будет комментировать эту ситуацию в СМИ.

• Попытки родственников получить тело Хамидуллоха Омонова

С 12 по 17 апреля 2013 года родные Омонова были в городе Касане в Узбекистане и пытались получить его тело для захоронения на родине – в Кыргызстане, в городе Оше. Им отказано в этой просьбе. До сих пор его могила охраняется.

могила Хамидуллоха Омонова
на касанском кладбище

18 апреля 2013 года в городе Оше прошел ритуал поминовения Омонова (по-узбекски - «жаноза»); пришло около пяти тысяч человек, чтобы выразить соболезнование близким.

• О нарушении право получения тела иностранного заключенного

Случай с Хамидуллохом Омоновым выявил несовершенство закондательства Республики Узбекистан в вопросе выдачи тела заключенных, скончавшихся в пенитенциарных учреждениях, особенно это касается иностранных граждан.

Формально в Узбекистане эта процедура регламентирована законами «О погребении и похоронном деле», принятом Законодательной палатой 18 ноября 2010 года и одобренным Сенатом 3 декабря 2010 года, «О содержании под стражей при производстве по уголовному делу», принятом Законодательной палатой 27 июля 2011 года и одобренным Сенатом 26 августа 2011 года (статьи 16, 27) и Уголовно-исполнительным кодексом Республики Узбекистан (статья 170). В Узбекистане заключенные иностранные граждане пользуются правами и свободами и несут ответственность наравне с гражданами Узбекистана. Отдельно не оговорены процедуры, связанные с передачей родственникам тел умерших в заключении иностранных граждан.

В статье 4 (Уголовно-исполнительное законодательство и международно-правовые акты) Уголовно-исполнительного кодекса Республики Узбекистан говорится: «Уголовно-исполнительное законодательство учитывает принципы и нормы международного права, относящиеся к исполнению наказания и обращению с осужденными<...>. Если международным договором Республики Узбекистан установлены иные положения, чем те, которые предусмотрены уголовно-исполнительным законодательством, применяются положения международного договора».

Международное право предусматривает, что в случае смерти человека его тело должно быть передано родным для захоронения, и они должны быть об этом оповещены в сроки, позволяющие им провести ритуал погребения.

Ассоциация «Права человека в Центральной Азии» призывает Верховного Комиссара ООН по правам человека вмешаться в дело Хамидуллоха Омонова и защитить право родных забрать его тело для захоронения на родине.

Узбекистан: писатель Мамадали Махмудов на свободе!

19 апреля 2013 года писатель Мамадали Махмудов вышел на свободу. В 19:00 он переступил порог своего дома, его встретил сын. Сегодня он впервые увидел своих внуков.

Мамадали Махмудов, 1990 год

Писатель Мамадали МАХМУДОВ (творческий псевдоним – Эврил Турон) родился в 1940 году. Гражданин Узбекистана, бывший председатель Фонда культуры Узбекистана, лидер движения «Туркестан», созданного инициативной группой узбекской интеллигенции и просуществовавшего с 1989 по 1993 годы. Лауреат премии Хеллман – Хэммета, присуждаемой писателям – жертвам преследований по политическим мотивам, и премии «Чолпан», учрежденной в память жертв сталинских репрессий, которую он получил за исторический роман «Бессмертные скалы». В 2008 году французское издательство "L’AUBE" выпустило этот роман на французском языке в переводе Филиппа Фризона.

• Дело Мамадали Махмудова

26 февраля 1999 года писатель был арестован. 18 августа 1999 года Ташкентский областной суд приговорил его к 14 годам лишения свободы по статьям Уголовного кодекса Узбекистана: 25-159, часть 4 (посягательство на конституционный строй); 216 (организация запрещенных общественных объединений и религиозных организаций); 242, часть 1 (организация преступного сообщества). До перевода в Ташкентскую тюрьму он отбывал наказание в колонии строгого режима УЯ 64/6, город Чирчик Ташкентской области. Это не первая судимость писателя по сфабрикованному обвинению.

В 1994 году Мамадали Махмудову подбросили наркотики и во время обыска нашли листовки партии «Эрк». Хранение листовок не нарушает закон, но стало одним из поводов для уголовного преследования. Затем его привлекли к уголовной ответственности по бездоказательному обвинению в "хищении". В те годы он был председателем Фонда культуры Узбекистана. Общественный резонанс и международная кампания в поддержку писателя повлияли на власти, и его освободили по амнистии.

16 февраля 2013 года закончился срок наказания по приговору 1999 года.

8 апреля 2013 года Газалкентский суд Ташкентской области приговорил 72-летнего писателя Мамадали Махмудова к трем годам лишения свободы по статье 221 Уголовного кодекса Узбекистана «Неповиновение законным требованиям администрации учреждения по исполнению наказания».

На стадии обжалования последнего приговора писателя Махмудова освободили. Неожидано для всех в 19:00 19 апреля он переступил порог своего дома.

Ассоциация «Права человека в Центральной Азии» выражает глубокую благодарность всем, кто добивался освобождения писателя Мамадали Махмудова.

См. также:

            - пресс-релиз "Узбекистан: заключенному писателю Мамадали Махмудову добавили 3 года заключения — на фоне инфаркта" от 10 апреля 2013 года;

            - пресс-релиз "Узбекистан: заключенному писателю Мамадали Махмудову предъявлено новое обвинение" от 20 марта 2013 года;

            - Открытое письмо министру иностранных дел Франции Лорану Фабиусу о Мамадали Махмудове от 27 февраля 2013 года;

            - пресс-релиз "Узбекистан: заключенному писателю Мамадали Махмудову грозит новый срок лишения свободы" от 13 февраля 2013 года;

- пресс-релиз "Узбекистан: заключенный писатель Мамадали Махмудов получил тяжелую травму головы" от 26 ноября 2012 года;

- пресс-релиз "Узбекистан: Акция за освобождение писателя Мамадали Махмудова" от 1 декабря 2008 года;

- Открытое письмо заключенного писателя Мамадали Махмудова (Эврила Турона) Исламу Каримову от 4 апреля 2003 года.

Поздравление Лейле Юнусовой с присуждением международной премии имени Теодора Хэкера «За политическое мужество и честность»

Лейла Юнусова,
директор
Института мира и демократии
в Азербайджане 

Дорогая Лейла Ислам кизи,

коллектив Ассоциации «Права человека в Центральной Азии» от всей души поздравляет Вас с присуждением международной премии имени Теодора Хэкера «За политическое мужество и честность».

Искренне рады, что Ваша принципиальная позиция и смелость в защите ценностей Всеобщей декларации прав человека заслужили столь авторитетное признание.

Опыт правозащиты в условиях тотального контроля и угроз расправы со стороны властей сделал Вас бесспорным авторитетом в международном сообществе. Защищая жертв пыток и коррупции, всесторонне поддерживая женщин, пострадавших от домашнего насилия, Вы привлекаете внимание международного сообщества к проблеме прав человека в Азербайджане.

Желаем Вам, уважаемая Лейла Ислам кизи, крепкого здоровья и новых серьезных достижений.

С большим уважением от лица нашего коллектива,

Надежда Атаева,

Президент Ассоциации «Права человека в Центральной Азии»