26 июня 2008 г. в г. Алматы был задержан гражданин Узбекистана, Хасан Темиров, 1976 г.р., объявленный узбекскими властями в розыск по обвинению в «исламском экстремизме и терроризме». Темуров – один из тех мусульман, чья единственная вина состоит в набожности и кого после ареста ждут пытки и несправедливый суд. Ряд его односельчан, тоже арестованных по надуманным обвинениям, не выдержав пыток покончили жизнь самоубийством.
В настоящее время Темиров находится в отделении внутренних дел Турксибского района г. Алматы, и его готовят для передачи в Узбекистан. Требуется незамедлительное участие международного сообщества для приостановления его экстрадиции в Узбекистан, где против него сфабриковано уголовное дело. Ниже приводится заявление самого Темирова, которое, по нашему мнению, не нуждается в комментариях.
Заявление о предоставлении международной защиты
Я, Темиров Хасан Киличевич, родился 12 апреля 1976 г., прописан по адресу: Республика Узбекистан, Кашкадарьинская область, Шахрисабзский район, село Муминобод. У нас в семье шесть человек: отец, мать, брат, две сестры и я. По национальности узбек.
Отец: Темиров Киличхон Темирович, родился 6 августа 1950 года. Работал главным бухгалтером в отделе культуры Шахрисабзского района. Мать: Ямолова Куйсин Ямоловна, родилась 3 февраля 1953 года. Работала библиотекарем в библиотеке колхоза имени Парда Шербобоева.
Брат: Темиров Кахрамон Киличевич, родился 21 мая 1972 года. Женат, имеет троих детей. Работал главным бухгалтером в музее им. Амира Тимура Шахрисабзского района.
Сестра: Темирова Дилшода Киличевна, родилась в 1973 году. Живет в городе Яккабог. Замужем, имеет четверых детей. Работает медсестрой в Главной клинике города Яккабога.
Сестра: Темирова Гулшода Киличевна, родилась в 1978 году. Живет в Шахрисабзском районе, село Чукун. Работает библиотекарем. Замужем, имеет двоих детей.
Все в семье с высшим образованием. Все соблюдают исламские религиозные обычаи.
Родители и наши предки хорошо знали религиозные обряды и научили нас читать Коран тоже. Это наследство наших предков.
В 1993 г. я окончил школу имени 45-летия Ульянова, она находится в селе Муминобод. Я учился в музыкальной школе им. Мухтара Ашрафи по классу аккордеон. В этом же году поступил в Ташкентский текстильный институт легкой промышленности. В 1998 г. закончил экономический факультет этого института, по профессии «Текстиль и экономика легкой промышленности и ее управление».
Потом вернулся в г. Шахрисабзс и устроился работать на Шахрисабзскую фабрику бухгалтером. Но в учреждении зарплата была очень маленькая, и к тому же выдавали ее не вовремя, раз в 3-4 месяца. Там я проработал год. Потом в учреждении остановилась работа, и после этого объявили о банкротстве. В Узбекистане тяжелое экономическое положение. Зарплата маленькая, вовремя не платят. Большое количество населения не может найти работу, люди уезжают в другие страны, такие как Казахстан, Россия, чтобы найти работу.
Я женился в мае 2000 года. Жену звали Тошпулатова Икбол, 1977 г.р. Жила по адресу: Бухарская область, район Жондор, село Алелча. Имеет высшее образование. Закончила педагогический институт в Бухаре, факультет биологии.
В том же году я приехал в Ташкент и начал торговать сантехническим оборудованием на Фархадском рынке. Снял в аренду квартиру на той же улице. Поступил в Арабский языковой центр при посольстве Египта в Ташкенте. Так как я немного знал арабский язык, меня приняли на 3 й курс. В конце 2003 г. мы с женой развелись, так как у нас не было детей. В декабре 2003 г. по просьбе родителей снова женился, на дочери моей тети. Ее зовут Жалолова Наргиза Музроповна, родилась в 1982 г. в г. Шахрисабзс, селе Темирчи. После окончания школы нигде не училась. Не работает. Мы с женой проживали в Ташкенте.
В институте я учился вместе с Тухтаевым Фазлиддином Обидовичем и Хайдаровым Акмалем Рузиевичем. Мы были близкими друзьями. Жили вместе в общежитии. Фазлиддин (1976 г.р.) живет по адресу: область Бухара, район Ромитан, село Богча. После окончания института работал заместителем директора на хлопковом заводе. Акмаль живет по адресу: Кашкадарьинская область, район Карши, село Пистакент. После окончания института работал инженером на заводе Кукдумалок в Мубораке. Мы все дружили семьями. Их родители, друзья, одноклассники и родственники меня хорошо знают. И мои тоже их хорошо знают. Я познакомился с бывшей женой на свадьбе Фазлиддина.
Когда мы учились в институте, я их обучал писать на арабском языке и читать Коран. Бывшую свою жену Тошпулатову Икбол я тоже обучал читать Коран, соблюдать религиозные обычаи. Все мы спокойно жили, учились и работали.
26 марта 2004 г., в пятницу, я приехал с женой навестить родителей из Ташкента в Шахрисабз. Жили они спокойно и хорошо. 1 апреля мне надо было сдавать экзамен в Арабском центре. Хотел скорее вернуться в Ташкент. 29 марта я увидел по телевизору, что произошли взрывы в Ташкенте и в районе Ромитан Бухарской области. 31 марта был день рождения дочери сестры. Мы к ним поехали. Вечером я собирался вернуться в Ташкент. Когда вернулся из дома сестры, брат мне сказал: «Хасан, к тебе приходил твой друг Акмаль и передал, что у него к тебе срочный разговор и чтобы ты сегодня же поехал к нему. Я поехал к Акмалю. Он мне сказал: «Хасан, в Ромитане случились взрывы, Фазлиддин находится там. Все знают, что он читает намаз, все его знают. Твоя бывшая жена тоже вышла замуж за человека из Ромитана, они тоже живут там. В 1999 г. тоже, когда были взрывы, многих невиновных людей посадили в тюрьму и жестоко пытали. В этот раз также всё может случиться», – объяснял мне Акмаль. – «Если Фазлиддина, его родителей, друзей допрашивают и пытают, они могут рассказать, что ты обучал Корану; или же начнут интересоваться, с кем он общался, и про нас могут узнать. Поэтому лучше временно спрятаться ради осторожности», – предложил он. Я согласился, потому что слышал, что многих невиновных людей посадили на долгие сроки лишения свободы, повесив на них тяжкие обвинения.
Я не верил, что в государстве существует справедливость, поэтому мы долгое время старались быть осторожными. Мы договорились встретиться на следующий день на автовокзале. Я пришел домой и сказал семье, что собираюсь вернуться в Ташкент, и попрощался с ними. На следующий день я был на автовокзале. Моя жена осталась дома. Мы с Акмалем приехали в Ташкент и 2 дня ночевали у его друга. На третий день позвонил домой. Я узнал, что у них положение очень тревожное. Моего брата, сестер, племяннику Фаёзу и моих близких друзей забрали люди из милиции. В тот день вечером я поехал в свою квартиру в Ташкенте. Я увидел, что квартира перевернута, всё разбросано, и потом узнал, что всех моих знакомых в Ташкенте тоже забрали. Акмал узнал, что у него произошло то же самое. Нам некуда было идти, мы остались на улице. Акмал мне сказал: «Хасан, мы не можем находиться вместе, будем отдельно спасать свою жизнь. 20 апреля встретимся на ипподроме». Я согласился. Он куда-то уехал.
Я поехал к своим знакомым в Ташкент. Никто из них не согласился оставить меня у себя. Не найдя, где можно остановиться, я вернулся в Шахрисабзс. Поехал к дальнему родственнику. Он согласился меня оставить у себя с условием, чтобы я не выходил никуда из одной комнаты. Я там оставался 1 год. На встречу с Акмалем я пойти не смог. Хозяин дома сказал мне, что везде повесили мою фотографию, а по телевизору объявили в розыск.
В мае 2005 г. я узнал, что брата, моих сестренок, всех друзей, знакомых в Ташкенте, друзей Акмала посадили в тюрьму; им дали сроки от 13 до 19 лет. Всем подбросили героин, наркотические вещества, оружие и под таким предлогом их забрали. Сестры, жена, племянники, мама, тетя – все женщины по 1-2 месяца находились под арестом. Их очень жестоко пытали. Потом всех женщин отпустили с условием, чтобы они каждую неделю отмечались в отделении внутренних дел. Женщины находились в тюрьмах Шахрисабзса, Бухары, Карши; их жестоко пытали. Их отпускали по одной. И когда они находились в 200 метрах от тюрьмы, их ожидали ложные свидетели, которые кричали во весь голос. К ним подошел тогда работник милиции, и они ему говорили, указывая на каждую: «Эта женщина меня призывала к ваххабизму и, когда я не согласилась, она предлагала мне деньги и уговаривала...» И на основании таких показаний этих женщин возвращали в тюрьму. Их судили отдельно, и каждую арестовали на 15 дней. Теперь у них всех ярлык «бывшая осужденная». Мою бывшую жену Тошпулатову Икбол и жену Акмаля Латофат осудили на 6 лет лишения свободы.
А мужчин судили в сентябре-октябре. До этого их жестоко пытали. Им подбросили наркотики, оружие, затем обвинили в членстве в партии «Хизбут-Тахрир» и по разным тяжким статьям. Они доказывали в зале суда, что невиновны и не участвовали в этих преступлениях. Даже судья Кашкадарьинской области Дияров отказался выносить им приговор и уволился с работы. Но нашелся другой, и он их осудил на длительные сроки. Почти все они содержатся в колониях строгого режима на территории Республики Каракалпакстан. Как только их переселили на зону, им сразу вменили по 10 дисциплинарных нарушений порядка. Это значит, что теперь им не дадут никакой амнистии. А дома отца и мать уволили с работы. Каждую неделю они ходили в милицию. Мои родители и родители других парней писали много раз жалобы в Верховный суд, в президентский аппарат, но всё это оказалось бесполезно.
Например, брат Фазлиддина по имени Тухтаев Шамсиддин (1960 г.р.) несколько раз обращался в ООН и писал о его невиновности. В результате его самого похитили сотрудники СНБ, и он до сих пор числится пропавшим без вести.
Несколько мужчин и женщин не выдержали жестокого обращения: их чудовищно пытали, и они покончили с собой. Вот несколько имен: Намозов Содик Абдурахмонович (1979 г.р.), осужденный на 15 лет лишения свободы; Шахноза, тоже осужденная на 15 лет лишения свободы, наложила на себя руки; Махмудов Кутбиддин (1976 г.р.); Захро, умерла в больнице в результате пыток, у нее было трое детей.
Услышав обо всем случившемся, я растерялся. Не знал, что мне делать, и решил: «Я должен уехать отсюда, здесь обо мне могут узнать соседи». Мне пришлось быстро переселиться, и я прожил у доверенного человека 1 год. Она жила очень бедно. Я никуда не выходил. Жил постоянно скрываясь, ни с кем не встречался. Потом переехал к одному родственнику. Там тоже прожил больше года – не мог найти возможность покинуть Узбекистан. Я узнал номер телефона Акмаля, но не мог с ним связаться. В тот период отмечали 15-летие Независимости Узбекистана, 15-летие Конституции Узбекистана, проходили президентские выборы. Каждый раз мы ждали, что наших ребят отпустят по амнистии, но из заключения никто не возвращался.
Тогда мои надежды рухнули, и я стал искать выход, как покинуть страну. Потом я узнал, что мой друг Акмал находится в Турции. Мне удалось с ним связаться, и я попросил у него помощи. Он тоже мне сказал, что надо скорее покинуть Узбекистан, и помог мне. С января 2008 г. я пытался выехать и, наконец, добрался до Алматы. А в это время мою жену Ялолову Наргизу каждую неделю вызывали в СНБ и ОВД, где ее допрашивали. Захотят – отпускают, захотят – оставляют там. Т.к. ей постоянно угрожали, я ее забрал к себе. У нее несколько раз брали расписку о том, что она не будет выходить за пределы Шахрисабзса, письменное обещание, чтобы она не связывалась со мной. Они просили информировать их и сообщить, если она что-нибудь узнает обо мне, иначе грозили обвинить ее в совершении преступления.
Все началось еще в 1997 г., когда я учился в институте: всех ребят, кто читал намаз, вызывали в отделение внутренних дел Яккасарайского района Ташкента и допрашивали. Их вызывали каждый месяц. И девушек, которые покрывали голову платком, тоже допрашивали и принуждали не носить платки. Их даже не пускали на занятия. В конце концов они отчислились из института.
А потом, в феврале 1999 г., в Ташкенте были совершены взрывы. В это время я работал на фабрике. 23 марта 1999 г., вечером, возвращался домой с работы. У нашего дома стояли 4 машины. Когда вошел домой, увидел там несколько милиционеров; они раскидывали всё, что им попадалось под руку. Увидев меня, они надели на меня наручники. В доме они «нашли» 4,5 г героина, и меня забрали. Продержали 3 дня в Шахрисабзском отделении внутренних дел, 1 день в Карши и 3 дня в Бухарском отделении внутренних дел. Меня допрашивали днем и ночью, интересовались, где я был в феврале и марте 1999 г., с кем встречался и т.п. Мне устраивали очную ставку с многими людьми. В конце концов они не смогли мне представить обвинение, и 31 марта меня отпустили из-под стражи. Мне сказали, чтобы я приходил каждую неделю отмечаться в Службу национальной безопасности и отделение внутренних дел. Я выполнял это требование каждую неделю. Меня там держали до вечера, зачастую целый день.
Стали вызывать каждую неделю и моего брата. Чтобы как-то избавиться от этого, я уволился с работы и уехал в Ташкент. Все знали, что я читаю намаз и умею читать Коран. Я хотел иметь документ об религиозном образовании, чтобы показывать его, когда меня спрашивают: «Почему ты читаешь намаз? Почему говоришь на религиозные темы? Почему твоя жена в платке?» Поэтому я посещал Центр арабского языка при посольстве Египта.
Прошу вас, помогите мне найти убежище, потому что меня преследуют в моей стране за преступления, которых я не совершал. Я верующий человек и никому никогда не делал зла. Я читаю намаз, совершаю другие мусульманские обряды и не понимаю, почему меня из-за этого считают подозрительным?
Прошу вас, сообщите, когда и к кому я должен прийти, чтобы ответить на ваши вопросы.
25 июня 2008 г., личная подпись Ассоциация «Права человека в Центральной Азии» убедительно просит заинтересованные лица, организации и средства массовой информации обратить внимание на дело Хасана Темирова. Всех, кто не равнодушен к ужасающему положению прав человека в Узбекистане, просим отстоять право Хасана Темирова на свободное вероисповедание и обратиться с просьбой приостановить его депортацию к генеральному прокурору Казахстана по указанному ниже адресу: 010000, Республика Казахстан, город Астана, ул. Сейфуллина, 37, факс: 7 (7172) 21 71 62; 71 26 39, e-mail: gp-rk@prosecutor.kz
Образец сообщения:
Уважаемый господин прокурор,
Я обращаюсь к Вам с просьбой не допустить возвращения узбекского гражданина Хасана Темирова в Узбекистан. Я знаю лично людей, кто прошел через пытки и был несправедливо осужден в этой стране. Уверен(а), что его жизни и здоровью реально угрожает опасность.
Очень прошу Вас не допустить экстрадиции Темирова и спасти ему жизнь.
Искреннее Ваш (а)
