США: призыв оказать давление на Узбекистан в связи с ухудшением обращения с политзаключенными, со смертями в тюрьмах

На переговорах в Вашингтоне поднимите вопрос о насильственных исчезновениях

 

Акрам Юлдашев, 2005

(Вашингтон, округ Колумбия) — Во время ежегодных двусторонних консультаций, намеченных на 19 января 2016 года, должностные лица США должны оказать публичное давление на Узбекистан с целью освобождения политических заключенных, заявили сегодня «Хьюман райтс вотч» и Ассоциация «Права человека в Центральной Азии». Встреча министра иностранных дел Узбекистана Абдулазиза Камилова с высокопоставленными должностными лицами Госдепартамента США запланирована в то время, когда продолжаются военное сотрудничество США и Узбекистана относительно его роли в глобальной коалиции по борьбе с Исламским государством (также известным как ИГИЛ (ISIS)) и американские военные операции в Афганистане.

11 января «Хьюман райтс вотч» стало известно о том, что видный религиозный деятель, 52-летний Акрам Юлдашев, один из самых давних политических заключенных Узбекистана, умер в тюрьме в 2010 году от туберкулеза. Он должен был быть освобожден в феврале 2016 года, но о его судьбе никто не знал, так как он исчез, находясь в заключении; информация о его местонахождении и судьбе скрывалась властями с 2009 года.

«Акрам Юлдашев должен был выйти из тюрьмы в следующем месяце, но на самом деле он умер более пяти лет назад за решеткой, о чем не было известно близким и всему миру, — сказал Стив Свердлов, исследователь «Хьюман райтс вотч» по Центральной Азии. — Страшная смерть, настигшая одного из самых известных религиозных деятелей Узбекистана, находившегося в заточении наиболее длительное время, требует жесткой и публичной реакции официальных лиц США».

Несмотря на многочисленные призывы «Хьюман райтс вотч» и других организаций выяснить судьбу Юлдашева, власти отказывались раскрыть информацию о его местонахождении и с 2009 года не позволяли ему контактировать с семьей. Отказ дать информацию о судьбе или местонахождении человека в местах лишения свободы или ее сокрытие квалифицируется как насильственное исчезновение и является преступлением согласно международному праву и запрещено при любых обстоятельствах.

Ядгора Юлдашева – жена духовного лидера Акрама
Юлдашева, смерть которого в заключении наступила
в 2010 году, но стала достоянием гласности только в
этом году. Власти обвинили его в организации
андижанских протестов в мае 2005 года, хотя он
 содержался в заключении с 1999 года по другим
 политически мотивированным обвинениям.

Юлдашев, бывший учитель математики, ставший теологом, получил широкую поддержку в Ферганской долине Узбекистана в 1990-х годах после публикации трактата о том, как вести нравственный с точки зрения ислама образ жизни. Многие из его последователей начали вести малый бизнес, опираясь на аспекты его учения. Власти неоднократно допрашивали его и в 1998 году заключили под стражу по явно сфабрикованному обвинению, связанному с наркотиками, а затем после серии взрывов в Ташкенте в 1999 году, ответственность за которые власти возложили на исламских «экстремистов», он был снова осужден. Будучи в заключении в 2005 году, он был обвинен властями в том, что якобы являлся вдохновителем экстремистской группы «Акромия», которая, по заявлению властей, несла ответственность за экстремистские атаки в Андижане, хотя не было никаких доказательств его причастности к каким-либо преступлениям.

Ежегодные двусторонние консультации — одни из самых важных встреч между двумя правительствами. Вопросы прав человека регулярно поднимаются некоторыми американскими должностными лицами, но мягкий подход не дал результатов в Узбекистане и не послужил стимулом к действию по прискорбному списку фактов пыток, продолжающегося лишения свободы критиков режима и верующих, широкого использования принудительного труда, отметили вышеуказанные организации гражданского общества.

Администрация США в ходе двусторонних встреч на следующей неделе должна ясно дать понять, что если ситуация не улучшится, она готова ввести адресные ограничительные меры, такие, как визовые запреты и замораживание активов должностных лиц, ответственных за вопиющие нарушения прав человека, в том числе заключенных. США должны также рассмотреть вопрос о возобновлении ограничения военной помощи, действовавшего до 2009 года.

В случае с Юлдашевым администрация США должна публично оказать давление на узбекские власти, чтобы было проведено объективное расследование и виновные в его заключении и в сокрытии его местонахождения были привлечены к суду. Правительство Узбекистана должно проинформировать семью Юлдашева об обстоятельствах его смерти и содержания в заключении и предоставить ей доступ к его останкам.

В 2015 году в Узбекистане не было никаких заметных улучшений в области прав человека. Узбекское правительство, возглавляемое авторитарным президентом Исламом Каримовым, по политическим мотивам заключило под стражу тысячи людей, включая правозащитников, активистов оппозиции, журналистов, верующих, художников и других предполагаемых критиков. Многие болеют и подвергаются пыткам, во время заключения их произвольно приговаривают к новым срокам.

Среди тех, кто находится в заключении только за мирную реализацию права на свободу выражения мнения, 14 правозащитников: Азам Фармонов, Мехринисо Хамдамова, Зульхумор Хамдамова, Исроилжон Холдоров, Гайбулло Джалилов, Нураддин Джуманиязов, Матлюба Камилова, Ганихон Маматханов, Чуян Маматкулов, Зафаржон Рахимов, Юлдаш Расулов, Бобомурод Раззаков, Фахриддин Тиллаев и Агзам Тургунов.

С октября 2014 года узбекское правительство отказалось дать информацию о местонахождении Нуриддина Джуманиязова или предоставить его адвокату доступ к нему.

Еще пять заключенных журналистов: Солижон Абдурахманов, Мухаммад Бекжанов, Гайрат Михлибоев, Юсуф Рузимурадов и Дильмурад Саийдов. Трое — активисты оппозиции: Самандар Куканов, Кудратбек Расулов, и Рустам Усманов. Семеро других — независимые религиозные деятели и известные критики правительства: Рухиддин Фахриддинов, Ботирбек Эшкузиев, Бахром Ибрагимов, Даврон Кабилов, Эркин Мусаев, Даврон Тоджиев и Равшанбека Вафоев, а также Дилором Абдукодирова — свидетель кровавых событий 13 мая 2005 года в Андижане, когда узбекские правительственные войска расстреляли и убили сотни в основном мирных демонстрантов.

Ежегодный страновой доклад Государственного департамента США по Узбекистану признает существование широкого спектра нарушений прав человека со стороны государства. Но администрация США предпочла политику частного диалога без серьезных последствий и мер за нарушения.

В течение десятилетия Государственный департамент обозначал Узбекистан как «страну, вызывающую особое беспокойство» вследствие ограничений свободы вероисповедания. Вместе с тем, Белый дом не накладывал санкций, ссылаясь на интересы национальной безопасности. Хотя само по себе отнесение страны к такой категории важно, оно не отражает масштабы и жестокость нарушений в Узбекистане. Также не был использован весь арсенал дипломатических возможностей и средств, чтобы заявить о беспокойстве или оказать давление с целью исправления ситуации.

«Должностные лица США должны ясно дать понять министру иностранных дел Узбекистана, что продолжающиеся репрессии со стороны его правительства приведут к значительным последствиям и, при необходимости, к штрафным санкциям», — говорит Надежда Атаева, президент Ассоциации «Права человека в Центральной Азии». — Осознание того, что они будут привлечены к ответственности за грубые нарушения, может заставить узбекские власти задуматься о целесообразности своих действий».

США должны рассмотреть вопрос о назначении в Совете ООН по правам человека спецдокладчика по правам человека в Узбекистане, отметили организации гражданского общества.

США должны оказать давление на Узбекистан с целью:

• незамедлительного и безоговорочного освобождения всех правозащитников, журналистов, политических оппонентов и других активистов, заключенных по политически мотивированным обвинениям;

• прекратить преследование активистов и позволить национальным и международным правозащитным организациям функционировать без вмешательства государства, включая немедленную регистрацию международных правозащитных организаций, таких, как «Хьюман райтс вотч», деятельность которой была насильственно прекращена в Узбекистане;

• принять значительные меры для прекращения пыток и плохого обращения и сопутствующей этому культуры безнаказанности, включая внедрение всех рекомендаций спецдокладчика ООН по пыткам, Комитета ООН против пыток и Комитета ООН по правам человека;

• обеспечить настоящую свободу прессы, прекратить преследование журналистов и позволить возобновить деятельность национальных и международных средств информации, включая те, деятельность которых была насильственно прекращена; предоставить аккредитацию иностранным журналистам;

• дать неограниченный доступ независимым наблюдателям, включая 13 наблюдателей ООН, которым было отказано во въезде в страну, и выполнить рекомендации независимых наблюдательных органов ООН;

• прекратить принудительный труд в хлопковой индустрии и разрешить независимым организациям и активистам беспрепятственно проводить наблюдение;

• прекратить преследования на почве религии, декриминализировать мирную религиозную деятельность и освободить из заключения тысячи людей, осужденных за ненасильственное исповедание религии.

Умер Владимир Прибыловский, выдающийся историк российской современности

Фото с сайта ИИЦ "Панорама"

В Москве скончался Владимир Прибыловский — российский историк, политический аналитик, публицист, президент Информационно-исследовательского центра «Панорама», владелец и руководитель сетевой библиотеки «Антикомпромат». Об этом стало известно 13 января 2016 года.

Владимир Валерианович Прибыловский родился 6 марта 1956 года в Москве.

В 1981 г. окончил исторический факультет Московского государственного университета. Историк-медиевист, специалист по ранневизантийской истории. Автор статей по истории Византии к.V-нач.VI вв.

В 1979-82 гг. был близок к подпольной группе т.н. «молодых социалистов» (Борис Кагарлицкий, Павел Кудюкин, Андрей Фадин, Михаил Ривкин и др.), разгромленной КГБ в апреле 1982 г. Размножал и распространял в университете самиздатскую продукцию группы — машинописные журналы «Левый поворот» и «Варианты».

С 1982 г. публиковался в русской эмигрантской прессе («Русская мысль», «Континент», «Синтаксис», «Страна и мир», «Посев», до 1989 г. — под инициалами В.П.).

С осени 1981 г. по декабрь 1987 г. — экскурсовод, затем младший научный сотрудник в подмосковном музее «Новый Иерусалим».

В результате конфликта с администрацией был вынужден уйти из музея и с конца 1987 г. до весны 1991 г. работал ночным сторожем вневедомственной охраны РУВД Киевского района на складе стройматериалов и сантехники в Филях.

В 1987-89 гг. входил в Клуб социальных инициатив (КСИ). Осенью 1987 г. был постоянным участником собраний клуба «Перестройка», затем — клуба «Демократическая перестройка» (формально членом этих клубов не был). С апреля 1988 г. по май 1990 г. вместе с Вячеславом Игруновым, Сергеем Митрохиным и др. редактировал самиздатскую газету «Хронограф». Вместе с В.Игруновым, С.Митрохиным, Григорием Пельманом, Дмитрием Леоновым стал в июне-августе 1988 г. одним из основателей Московского общественного Бюро информационного обмена (М-БИО). С мая 1990 г. по март 1991 г. выпускал от имени М-БИО самиздатский бюллетень «Новый Хронограф».

После несанкционированного митинга партии «Демократический Союз» на Пушкинской площади 21 августа 1988 г. был задержан и на суде 23 августа 1988 подвергся административному взысканию.

В октябре 1993 г. был одним из инициаторов создания Движения «Субтропическая Россия», в марте 1994 г. избран членом Координационного Совета и лидером Движения.

В 1995 г. входил в список кандидатов в депутаты Государственной Думы от избирательного объединения Партии любителей пива (ПЛП).

С апреля 1989 г. — член редколлегии московской независимой газеты "Панорама", после официальной регистрации в 1990 г. — один из учредителей газеты.

С начала 1993 г. — президент Информационно-исследовательского центра (ИИЦ) «Панорама».

Автор книг «Словарь новых политических партий и организаций России» (четыре версии 1991-93 гг.), «Сто политиков России. Краткий биографический словарь» (1992), «Вожди. Сборник биографий российских политических деятелей националистической и имперско-патриотической ориентации» (1995), «Претенденты-96» (1996), «Российские политики от А до Я» (1996), «Политическая карта России между парламентскими и президентскими выборами. 55 партий» (1996), «Кооператив "Озеро" и другие проекты Владимира Путина» (2012) (переиздание — «Перекличка Владимира Путина. Кто выбывает, а кто остается?» (2013)).

Соавтор книг «Кто есть кто в российской политике» (1994), «Казачье движение в России и странах ближнего зарубежья (1988-1994)» (1994), «Политический экстремизм в России» (1996), «Русские национал-патриоты. История, идеология, экстремистские тенденции» (1996) «Российские бизнесмены и менеджеры. Биографический сборник» (1997, 1998), «Правительство Российской Федерации» (1997, 1998), «Совет Федерации» (1998), «Совет безопасности» (1998), «Национализм и ксенофобия в российском обществе» (1998), «Политическая ксенофобия» (1999), «Корпорация. Россия и КГБ во времена президента Путина» (2009) и др.

Составитель ряда комментированных сборников документов: «Память» (1991), «Русские националистические и право-радикальные партии» (1995), «Парламентские партии и движения России» (1994-96), «Полемика о российском престолонаследии» (1998), «Русские монархисты. Документы и тексты» (в соавторстве, 1998) и др.

Автор ряда статей об общественном движении 80-х («Память», национал-патриоты, монархисты, Народные фронты России, социал-демократы, необольшевики и т.п.). Первый или один из первых биографов Александра Руцкого, Владимира Жириновского, Александра Лебедя, Владимира Путина. Перевел на русский язык «Зверскую Ферму» («Animal Farm») Джорджа Орвелла (в 1986 г. этот перевод под названием «Ферма Энимал» вышел отдельным изданием в Соединенных Штатах, в 1989 г. — под названием «Ферма Животных» — в советском журнале «Литературный Киргизстан», в 1990 г. — еще два издания в СССР). (Источник: база данных «Просопограф — описатель лиц».)

Владимир Валерианович Прибыловский внес уникальный, неоценимый вклад в составление истории нынешней России.

«Владимир Прибыловский называл себя словом "фактограф". Другого историка современности, который бы старался поставить читателя перед всей полнотой фактов, без отбора вписывающихся или не вписывающихся в какую-то предрешённую концепцию, в России, видимо, нет», — говорит один из его ближайших коллег, сотрудник Центра «Панорама» Григорий Белонучкин.

Владимир Прибыловский был крупнейшим исследователем политических партий и организаций, общественных течений и органов власти современной России. Благодаря своим колоссальным знаниям, Прибыловский хорошо понимал механизмы их действия. Используя открытые и конфиденциальные источники, обширные личные контакты, он создал уникальную базу данных «Просопограф — описатель лиц». В ней содержатся огромное количество информации об этих организациях и их членах, а также о российских чиновниках. В ходе работы Прибыловскому приходилось встречаться и беседовать с самыми разными людьми, в том числе исповедующими радикальную человеконенавистническую идеологию. Но при этом он всегда оставался безусловно верен демократическим принципам и, будучи истинным ученым, рассматривал объект изучения объективно — как он того заслуживал.

Разоблачительные исследования Владимира Прибыловского о Владимире Путине и его окружении, а также о различных провластных пропагандистах и провокаторах чрезвычайно раздражали руководство России. Интернет-библиотека «Антикомпромат» была включена в «федеральный список экстремистских материалов» и заблокирована в РФ, хотя Прибыловский убрал оттуда материалы, объявленные «экстремистскими».

В статьях и комментариях для СМИ Прибыловский давал глубокие и нелицеприятные оценки действиям властей нынешней России во главе с Путиным и построенной ими авторитарной, антидемократической, коррупционной системы. Владимир Прибыловский активно выступал в защиту принципов демократии и прав человека и резко критиковал политические репрессии, проводимые режимом Путина. В 2007 году Прибыловский стал одним из инициаторов выдвижения кандидатуры правозащитника Владимира Буковского на пост президента России.

Прибыловский категорически осуждал путинский агрессивный неоимпериалистический курс. Так, 2 марта 2014 г. он выступил со своей позицией по «украинскому вопросу»:

«1) Я не одобряю курс украинских национал-демократов на ограничение русского языка на Украине и с неприязнью отношусь к "бандеровскому" крылу в украинском национальном движении (УНА-УНСО, "Свобода", "Тризуб", "Правый сектор" и т.п.);

2) но я против войны России с Украиной под любыми "справедливыми" лозунгами и предлогами;

3) если война России с Украиной фактически началась — я на стороне Украины и ее западных союзников».

Владимир Прибыловский был известен и пользовался большим влиянием далеко за пределами России. Его работы всегда вызывали большой интерес и доверие не только у российских, но и у зарубежных читателей.

Мы глубоко скорбим о потере нашего дорогого товарища, уважаемого коллеги и просто замечательного человека — Владимира Прибыловского.

Нам будет очень его не хватать.

Коллектив Ассоциации «Права человека в Центральной Азии»

Узбекистан: бывшему политзаключенному не выдают паспорт

Мурад Джураев

Узбекистану следует срочно выдать бывшему политзаключенному Мураду Джураеву паспорт, который он не может получить после 21 года лишения свободы.  С таким призывом выступили организации Ассоциация «Права человека в Центральной Азии» (AHRCA) и Международное партнерство за права человека (IPHR).

12 ноября 2015 года бывший член парламента, 63-летний Мурад Джураев был выпущен из-под стражи после отбытия 21 года заключения. За это время срок его заключения был произвольно продлен 4 раза.

Мураду Джураеву необходимо срочное лечение хронических заболеваний, приобретенных в тюрьме. Там он переболел туберкулезом, после пыток морозом стал страдать почечной недостаточностью. В результате длительного ограничения доступа к медицинской помощи у него хроническое воспаление носоглотки и ушей, что вызывает затрудненное дыхание и постоянную головную боль. За годы заключения Джураев потерял зубы. Он испытывает нервное и физическое истощение.

Мурад Джураев сейчас живет в доме со своей семьей в городе Мубареке Кашкадарьинской области. Как сообщили AHRCA, он не может получить паспорт гражданина Узбекистана, удостоверяющий его личность. Без этого документа практически нельзя передвигаться даже внутри страны, особенно сейчас. Правоохранительные органы теперь имеют право задерживать любого человека, которого сочтут подозрительным.

Без внутреннего паспорта нельзя купить билет на поезд, в соответствии с административым порядком получить регистрацию по месту временного проживания, пройти медицинское обследование и лечение.

Отсутствие паспорта ограничивает фундаментальные права Мурада Джураева. Он лишен свободы передвижения и, следовательно, его доступ к медицинской помощи затруднен. Это, безусловно, создает угрозу для здоровья и жизни Джураева.

В Узбекистане бывшим политзаключенным часто подолгу не выдают паспорта. Такая практика обеспечивает тотальный контроль над ними и препятствуют их общественной активности. Затягивая выдачу паспортов, чиновники ссылаются на подзаконные акты, которые противоречат Конституции Узбекистана и международным соглашениям в области прав человека.

AHRCA и IPHR призывают узбекские власти обеспечить Мураду Джураеву беспрепятственное получение паспорта, без которого ему недоступна необходимая медицинская помощь.

Справочная информация: во время следствия и в заключении Мурада Джураева пытали сотрудники Службы национальной безопасности Узбекистана и органов внутренних дел Узбекистана. Его принуждали «признаться» в преступлениях, которых он не совершал. Правозащитникам известно, что Мурад Джураев был изолирован от общества за критические выступления в парламенте Узбекистана, поддержку Народного движения «Бирлик», поддержку оппозиционных журналистов и писателей.

21 мая 1995 года Верховный суд в условиях несправедливого судебного разбирательства приговорил Мурада Джураева к 12 годам лишения свободы в колонии строгого режима без права на обжалование. Его обвинили в «преступном сговоре» с лидером оппозиционной партии «Эрк» Мухаммадом Салихом с целью свергнуть правительство Узбекистана.

Узбекистан: Задержан правозащитник

Уктам Пардаев, 2015г.

автор фото: Умида Ахмедова

Уголовное дело в отместку за работу

(Бишкек) — Власти Узбекистана должны немедленно отпустить  известного правозащитника Уктама Пардаева, арестованного 16 ноября 2015 года, и закрыть, возбужденное против него уголовное дело, заявили сегодня Ассоциация «Права  человека в Центральной Азии»,  Хьман Райтс Вотч, Международное сотрудничество за права человека и Норвежский ХельсинкскийКомитет.

Полиция арестовала главу Независимого общества по правам человека Узбекистана Пардаева по обвинению в вымогательстве и взяточничестве. Во время ареста в его доме в Джизаке были конфискованы видеокамера, компьютер, документы и флэш-накопители.  Полиция также произвела обыск в доме его брата. Уктаму Пардаеву грозит до 10 лет лишения свободы. В течение четырех дней,  Пардаев содержался в Дустликском следственном изоляторе. Он был лишен связи с адвокатом, с семьей и с внешним миром до 20 ноября, когда его посетил адвокат.

«Пардаев в течение длительного времени боролся против коррупции и злоупотребления власти в регионе, где многие боятся  высказываться  свободно», — сказала Надежда Атаева, президент Ассоциации «Права человека в Центральной Азии». «Это типичный случай преследования по сфабрикованным уголовным обвинениям, с целью  заставить молчать защитников прав человека. Его преследование должно быть прекращено немедленно».

Пардаев, 37 лет, известен  за раскрывание коррупции на местном уровне, и по мониторингу принудительного труда взрослых и детей на хлопковых полях Узбекистана. Многие годы власти преследовали его за мирную работу, по политическим мотивам отказывая в выездной визе. В последние месяцы Пардаев рассказывал дипломатам и представителям международных организаций об усилении давления на него,  в виде постоянной слежке и преследования.

В октябре Пардаев рассказал  Хьман Райтс Вотч о том, что он боится неминуемого ареста местным управлением Службы национальной безопасности (СНБ). Пардаев также сообщил, что на допрос в СНБ вызывали его друзей, коллег и людей, которым он старался помочь. Им угрожали и, в некоторых случаях, били.

«Пардаев — защитник прав человека в Джизаке и других частях Узбекистана, уважаемый за его независимую правозащитную работу, мониторинг сбора урожая хлопка и неустанную работу против коррупции», — сказал Стив Свердлов, исследователь  Хьман Ратс Вотч . «Если узбекистанские чиновники оспаривают его доклады о коррупции и других нарушениях, они должны быть готовы обсудить их публично, а не прятать все это за фальшивыми обвинениями».

Власти обвинили Пардаева во взяточничестве и вымогательстве, опираясь на показания девяти свидетелей. Власти утверждают, что Пардаев обманул свидетелей, пообещав обеспечить им рабочие места и купить от их имени земельные участки.

Местные правозащитники рассказали правозащитным организациям о том, что, по их мнению, обвинения против Пардаева были сфабрикованы и инициированы как  наказание за  его правозащитную деятельность.

Последние десять лет правозащитники Узбекистана в подобных обстоятельствах часто сталкиваются со злонамеренным  судебным преследованием и сфабрикованными обвинениями.  Обычно в таких ситуациях, которые, как нам представляется, управляются властями, кто-то из местных жителей приходит к правозащитнику в поисках помощи, а позже дает показания против правозащитника. Защитников прав человека часто обвиняли в финансовых (экономических) преступлениях — таких, как взяточничество и вымогательство, но были случаи их обвинения и в торговле людьми.

«Мы серьезно обеспокоены тем, какая судьба ждет Пардаева, если он будет осужден», — сказала Бриджит Дюфур, директор Международного сотрудничества за права человека. «Власти Узбекистана должны не только позволить правозащитникам наблюдать за условиями на хлопковых полях и в любых других местах, они должны воздержаться от подавления их, и более того, защищать их.  Однако ясно, что правительство Узбекистана не делает ничего из этого, и его международные партнеры, такие, как Всемирный банк и Международная организация труда, должны привлечь Ташкент к ответственности».

Значительно более десяти правозащитников и множество независимых журналистов в Узбекистане отправлены за решетку в отместку за их деятельность или критику правительства. Здоровье многих из них сильно подорвано, многие подвергаются пыткам или бесчеловечному отношению в местах лишения свободы. Тысячи мусульман, исповедующих свою религию независимо от государственной доктрины, брошены в тюрьму по политически мотивированным обвинениям.

Людям, отбывающим в Узбекистане наказание за выражение политических и религиозных взглядов, часто отказывают в надлежащей правовой процедуре, и они часто сталкиваются с пытками и другими видами бесчеловечного отношения на всех стадиях следствия и заключения.

«Жестокое обращение с узбекистанскими правозащитниками, проводящими мониторинг в хлопковой индустрии, показывает  приверженность  Ташкента скрыть  нарушения  и нежелание улучшить  ситуацию  в области прав человека», — сказал Мариус Фоссум, представитель Норвежского Хельсинкского  Комитета по Центральной Азии. «Это подчеркивает необходимость привлечения международных механизмов: настало время учредить должность специального докладчика ООН по правам человека в Узбекистане».

в память жертвам атак в Париже 13 ноября 2015г.

Освобождение Мурада Джураева: Джон Керри ни при чем

Джон Керри

В последние дни некоторые правозащитники и СМИ приписывают государственному секретарю США Джону Керри огромную роль в освобождении политзаключенного, бывшего депутата парламента Узбекистана Мурада Джураева, которого мы от всей души поздравляем с этим долгожданным событием.

ОПЧУ «Эзгулик» и журналисты радио «Свобода» связали выход Мурада Джураева на свободу с визитом госсекретаря США Керри. У меня возникло ощущение большой несправедливости, так как  дата выхода на свободу была известна уже в октябре 2015 года. Сотрудник администрации колонии сказал супруге Джураева, чтобы она приехала за ним 12 ноября. И поставил условие: молчать об этом. Под большим секретом правозащитники узнали о дате освобождения Мурада Джураева за месяц до визита Джона Керри. Не согласна и с теми, кто называет освобождение Мурада Джураева гуманным актом.

К сожалению, бывший депутат Мурад Джураев отбыл 21 год в заключении все назначенные ему пять сроков, четыре из которых ему продлили по абсурдным обвинениям: «неправильно чистил морковь», «был обут не в ту обувь в помещении, где спят заключенные» и так далее.

Стоит напомнить, что о визите Джона Керри в Центральную Азию общественность узнала за несколько дней до него. И объявили об этом только после многочисленных запросов правозащитников. В Узбекистане наибольшее количество политзаключенных на всем постсоветском пространстве. С 2005 года продолжаются планомерный разгром правозащитного движения и системные преследования независимых журналистов. Поэтому оставшиеся на свободе общественные активисты обоснованно опасаются ареста или принудительного лечения в психиатрической клинике. И в этих условиях небольшая группа смельчаков продолжает мониторинг в области прав человека, хотя власти устраивают поджоги их домов, постоянно вторгаются в их личное пространство и ограничивают право на передвижение. С 2004 года деятельность независимых общественных активистов в Узбекистане не может легально финансироваться.

И вот визит Керри. Мы все ждали, что он даст шанс на освобождение заключенных активистов гражданского общества и что госсекретарь точно поднимет вопрос аккредитации HRW. Также мы не сомневались в том, что Джон Керри не оставит правозащитников и журналистов без моральной поддержки, что с ними встретится хоть кто-то из его ассистентов.

Но Керри встретился только с диктатором Каримовым, причем за закрытыми дверями. Как заявил официальный Ташкент, в Самарканде прошла встреча с активистами гражданского общества. Но кто они и о чем шла речь во время этой встречи — неизвестно. Получается, что госсекретарь Керри стал теперь и с активистами встречаться за закрытыми дверями?

Во время визита Керри отнесся к Каримову с удивительной сентиментальностью и никак публично не поддержал общественных активистов, преследуемых за их деятельность. Он не назвал имя хотя бы одного узбекского политзаключенного. В соцсетях и СМИ после встречи появились только восторженные высказывания Керри о Самарканде и результатах переговоров с Каримовым. Что так впечатлило госсекретаря США — неизвестно. Один из самых позорных моментов визита Джона Керри — когда его охранники вытолкали американскую журналистку Кэрол Морелло, задавшую вопрос о правах человека. Все последующие извинения ассистентов Керри уже не имеют значения: мы видим, как госсекретарь США в присутствии диктатора, приказавшего стрелять собственный народ в Андижане, позволил оскорбить корреспондента уважаемого американского издания Washington Post.

Кто же все последние годы добивался освобождения Мурада Джураева? Очень многие.

Мурад Джураев

С мая 2015 года на основании регулярных запросов правозащитных организаций: «Amnesty International», «АСАТ-France», IPHR, HRW, AHRCA, «Freedom House», UGF, ОПЧУ «Эзгулик» и многих других; члены подкомиссии по правам человека Европарламента и многие дипломаты стран ЕС и США поднимали перед узбекским правительством вопрос о деле Мурада Джураева. (Извините, если кого-то не назвала.) Наблюдение за делом Мурада Джураева постоянно ведется последние 4 года, начиная с визита в 2012 году в Узбекистан тогдашнего верховного представителя ЕС по иностранным делам Кэтрин Эштон. На встрече с правозащитниками она пообещала, что будет постоянно следить за делами узников: Мурада Джураева, Мухаммада Бекжана, Исроила Холдарова, Азама Фармонова и др.

После этого все они получили новые сроки заключения по статье 221 Уголовного кодекса Узбекистана «Неповиновение законным требованиям администрации учреждения по исполнению наказания». Однако госпожа Кэтрин Эштон этого не заметила.

Практически на всех заседаниях ЕС в рамках диалога по правам человека поднимался вопрос о политзаключенных. В этом списке всегда было имя Мурада Джураева, потому что он побил все рекорды по срокам заключения и тяжести условий содержания.

Он держался благодаря своей супруге Холбике Джураевой, которая все эти годы продолжала его поддерживать. После возвращения из колонии она приезжала к своей подруге Дилором Исхаковой. В ответ на вопрос Дилором: «Как Вы?» у нее начиналась истерика и продолжалась до приезда скорой помощи и успокоительного укола. Однажды мне довелось услышать ее горькие жалобы по телефону. И все эти годы Дилором Исхакова поддерживала эту семью. В Евросоюзе и ООН она со слезами на глазах говорила о судьбе Мурада Джураева и просила его спасти. И вместе с ней Ёдгор Обид, Исмаил Дададжанов, Мухаммад Салих, Талиб Якубов и Пулат Ахунов не давали общественности забывать о Мураде Джураеве. Каждый из них писал и говорил о нем, так как знали его лично.

За 21 год Мурад Джураев стал символом гражданского общества. Во время диалогов по правам человека дипломаты произносили его имя с большой осторожностью, потому что диктатор Каримов объявил его личным врагом. Вот и госсекретарь Керри тоже не решился публично назвать имя Джураева. А жаль, ведь любое публичное упоминание политзаключенных дает моральную поддержку не только им, но и тем, кто добивается их свободы.

В июле 2015 года члены Комитета ООН по правам человека на 114-й сессии неоднократно называли имена Мурада Джураева, Мухаммада Бекжана, Азама Фармонова, Дильмурада Саийда, Фахриддина Тиллаева, Нуриддина Джуманиязова и многих других. И члены узбекской делегации явно чувствовали, что судьба этих людей нам всем небезразлична, потому что они даже за решеткой продолжают защищать фундаментальные принципы прав и свобод человека.

Каждый день из Узбекистана приходят тревожные сообщения от правозащитников, которые рискуют жизнью, чтобы распростанять информацию, которую узбекские власти хотят скрыть от международной общественности. И очень важно, чтобы представители демократического сообщества оказывали им внимание и моральную поддержку.

Мурад Джураев уже находится в кругу семьи. Ему придется еще долго восстанавливать здоровье. В заключении остается еще много политзаключенных. Среди них инвалиды, тяжело больные и престарелые люди. Их судьба будет обсуждаться в ноябре во время предстоящего диалога по правам человека в Евросоюзе? Ведь эти диалоги уже много лет проводятся также без участия активистов гражданского общества и за закрытыми дверями.

На самом деле общественности важно знать, какие вопросы обсуждаются во время таких встреч. Граждане Узбекистана вправе знать: решается ли вопрос возобновления миссии Международного Комитета Красного Креста в Узбекистане по  программе посещения лиц, содержащихся под стражей; выполняются ли замечания Комитета ООН против пыток; когда допустит Узбекистан Специальных докладчиков ООН; будет ли вводиться ограничение на поставку всех форм военной помощи и санкции в отношении лиц, причастных  к преступлениям против человечности.

13 ноября Госдепартемент США в кратком пресс-релизе приветствовал освобождение Мурада Джураева. Действительно, это важное событие в истории развития гражданского общества Узбекистана. Как важно и то, что есть в США сенатор Бенджамин Кардин (Benjamin Cardin). У него есть время и желание при каждом удобном случае выражать обеспокоенность судьбой узбекских политзаключенных, не оглядываясь на диктатора Ислама Каримова.

Надежда Атаева,

гражданка Узбекистана

Узбекистан: активист освобожден после 21 года

Мурад Джураев

Правозащитные группы призывают ООН привлечь Ташкент к ответственности за произвольное задержание (Бишкек, 12 ноября 2015) — один из мирных политических активистов, дольше всего в мире находившихся в заключении, Мурад Джураев, был наконец освобожден из тюрьмы в Узбекистане 12 ноября 2015 года, после 21 года, когда он неоправданно содержался за решеткой, заявили сегодня девять правозащитных групп. Джураев, 63-летний бывший депутат парламента, находился в заключении с 18 сентября 1994 года. Его первоначальный 9-летний срок был продлен на 12 лет по обвинениям в нарушении тюремных правил, в течение которых он неоднократно подвергался пыткам и серьезно заболел.

Узбекские власти должны по существу расследовать достоверные  утверждения о том, что Джураев подвергался пыткам, что срок его заключения был произвольно продлен и что в тюрьме ему было отказано в надлежащей медицинской помощи, заявили группы по защите прав человека. Правительство должно позволить ему возобновить свою мирную политическую деятельность. Правительство Узбекистана также должно немедленно и безоговорочно освободить многих других мирных активистов, которые остаются в тюрьме вследствие политически мотивированных и несправедливых судебных процессов.

«Последние 21 год были адом, которого Мурад Джураев и его семья никогда не должны были испытать», — сказал Стив Свердлов, исследователь «Human Rights Watch» по Центральной Азии. «Узбекские власти должны следить за тем, чтобы лица, которые пытали Джураева и произвольно продлевали срок его тюремного заключения, стали объектом оперативного расследования и были привлечены к ответственности».

Правозащитные организации — это «Международная амнистия» («Amnesty International»), Движение христиан за отмену пыток (Christians’ Action for the Abolition of Torture (ACAT — Франция), Ассоциация «Права человека в Центральной Азии» («Association for Human Rights in Central Asia» — AHRCA), «Фридом хаус» («Freedom House»), «Хьюман райтс вотч» (Human Rights Watch»), Международная федерация по правам человека (International Federation for Human Rights — FIDH), Международное партнерство по правам человека (International Partnership for Human Rights — IPHR), Норвежский Хельсинкский комитет (Norwegian Helsinki Committee), и Узбекско-немецкий форум по правам человека (Uzbek-German Forum for Human Rights).

В ноябре 2013 года Комитет Организации Объединенных Наций против пыток — орган, состоявший из 10 независимых экспертов, которые наблюдают за выполнением правительствами Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания, — обнаружил, что Джураев и многие другие мирные активисты и правозащитники были произвольно заключены в тюрьму в качестве возмездия за их работу и критику правительства. Комитет выразил обеспокоенность , что многие необоснованно задержанные активисты были подвергнуты пыткам или другим формам жестокого обращения.

Джураев был членом Парламента в 1991-1992 годах, видным членом оппозиционной партии «Эрк» и служил мэром Мубарака в Кашкадарьинской области. Джураев вызвал гнев президента Ислама Каримова тем, что был первым государственным чиновником, который после развала  Советского Союза распустил городской комитет Коммунистической партии.

18 сентября 1994 года он был задержан в Казахстане и принудительно возвращен в Узбекистан. Он был избит во время ареста. Он получил множественные ушибы и перелом ребра, но неясно, были ли эти травмы получены в результате побоев после его ареста или вследствие автомобильной аварии. 31 мая 1995 года Джураев был осужден по делу, в котором несколько членов запрещенной партии «Эрк» были обвинены в заговоре с целью свержения правительства. Суд приговорил его по различным обвинениям к 12 годам тюремного заключения, позже при апелляции этот срок был сокращен до 9 лет. Он содержался в тюрьме 64/45 в Алмалыке Ташкентской области.

Начальство тюрьмы произвольно продлевало срок заключения Джураева в 2004, 2006, 2009 и 2012 годах за «нарушения тюремных правил». В каждом случае продление срока происходило в конце срока его заключения. Предполагаемые нарушения тюремных правил, в которых обвиняют Джураева, включают в себя, что он «неправильно чистил морковь» в тюремной кухне и «не снял обувь при входе в казарму».

«Узбекские власти неоднократно наказывают широкий спектр заключенных, которых они видят в качестве потенциальных критиков правительства, произвольно продлевая сроки их заключения, часто по абсурдным причинам», — заявил Бриджит Дюфур, директор Международного партнерства по правам человека (IPHR). «Это приводит к невыносимой ситуации, когда заключенные приговорены к фактически пожизненному заключению по политическим причинам».

Джураев остро нуждаются в медицинской помощи. В 2011 АСАТ — Франция сообщила, что его жестоко пытали в тюрьме, что он очень похудел и заразился туберкулезом. Жена Джураева встретилась с ним в октябре 2013 года и рассказала активистам по правам человека, что он потерял все зубы, с трудом ест, страдает от постоянных головных болей и болей в желудке, и испытывает периодическое онемение в правой руке. В ходе встречи в ноябре 2014 года «Хьюман райтс вотч» заявила, что Джураев превратился в «скелет».

Несмотря на плохое состояние здоровья Джураева и сильные боли в спине, начальство тюрьмы заставляло его ежедневно выполнять тяжелый труд, принуждало работать на кирпичном заводе. Начальник тюрьмы неоднократно говорил ему, что у него было «особое дело», что он был отмечен как рецидивист и даже общение с ним было опасно для других заключенных.

«Обращение с Джураевым со стороны узбекских властей нарушает основные обязательства в области прав человека, и он заслуживает справедливости», — сказала Мейзи Вайхердинг, исследователь по Центральной Азии «Международной амнистии». «Правительство Узбекистана регулярно указывает на прогресс в реформировании системы уголовного правосудия, но эти заявления остаются пустыми словами, если обвинения по данному делу не будут исследованы по существу».

Среди других рекомендаций, Комитет ООН против пыток призвал Узбекистан срочно провести «быстрое, беспристрастное и эффективное расследование всех заявлений о пытках и жестоком обращении и привлечь к ответственности и наказать всех виновных» и «убедиться в том, чтобы высокопоставленные должностные лица в исполнительной власти открыто и недвусмысленно осуждали все формы пыток, особенно это относится к милиции и сотрудникам пенитенциарной системы».

Международные партнеры Узбекистана, в том числе США и ЕС, в призывах к Ташкенту должны настаивать, чтобы там обратили внимание на положение в области прав человека, в том числе путем освобождения всех, чье содержание под стражей по международным стандартам незаконно и произвольно, заявила группа правозащитных организаций. Одним из мест, где можно начать это, является Совет ООН по правам человека, где участники могут выразить серьезную озабоченность тем, что Узбекистан систематически отказывается сотрудничать с экспертами ООН по правам человека и соблюдать обязательства в области прав человека.

Членам Совета по правам человека Организации Объединенных Наций следует подчеркнуть озабоченность нарушением прав человека в Узбекистане и тем, что правительство не допускает в страну 13 наблюдателей ООН, в том числе специального докладчика по пыткам. Совет должен выработать специальную позицию по конкретным странам, чтобы обеспечить устойчивый контроль и отчетность о положении в области прав человека в Узбекистане.

«Семья Джураева и местные активисты в ходе кампании за его свободу в течение многих лет проявили мужество и очень рисковали», — сказала Надежда Атаева, президент Ассоциации по правам человека в Центральной Азии. «Сейчас первостепенное значение имеет готовность международных партнеров Узбекистана сделать то же самое, чтобы предотвратить произвольное задержание многих людей, которые были наказаны просто за то, что они воспользовались правом на свободу выражения мнений».

Среди заключенных, чьи приговоры были продлены по политическим мотивам за так называемые нарушения тюремных правил: Мухаммад Бекжан, бывший главный редактор запрещенной газеты политической оппозиционной партии «Эрк», который провел 16 лет в тюрьме и чей приговор был дважды продлен за неподчинение тюремным правилам; Юсуф Рузимурадов, журналист, чей срок наказания в мае 2014 года был продлен, хотя неясно, насколько; Азам Фармонов, правозащитник, арестованный в 2006 году и осужденный за вымогательство после несправедливого судебного разбирательства без присутствия адвоката. Он неоднократно подвергался пыткам и жестокому обращению в тюрьме Жаслык 64/71. Срок его тюремного заключения закончился в апреле, но один из бывших заключенных сказал его жене 21 мая, что ее муж был дополнительно приговорен к пяти годам.

«Узбекистан должен немедленно и безоговорочно освободить тех, кто задержан исключительно за мирное осуществление своего права на свободу выражения мнений, и обеспечить  их реабилитацию», — сказал Джереми Бея, глава отдела АСАТ по Центральной Азии и России.